Диана Сеттерфилд - Тринадцатая сказка
Он открыл свой рецептурный гроссбух в самом его конце. Внутренняя сторона обложки была сплошь покрыта столбиками корявых букв и цифр.
– Я подумал: а вдруг это тайный код? – пояснил он. – И я пробовал его расшифровать. Я выбирал первые буквы каждого слова, первые буквы каждой строки. Потом брал вторые буквы. Потом я пробовал заменять одни буквы другими. – Говоря так, он тыкал пальцем в разные столбики; глаза его засверкали, как будто он все еще надеялся разглядеть в них то, что ускользало от его внимания раньше.
Я понимала, что его затея безнадежна.
– А как насчет этого?
Я взяла следующую вещь и невольно вздрогнула от отвращения. Некогда это было птичье перо, от которого теперь остался только высохший, надломленный в нескольких местах стержень и часть щетинок, слипшихся в грязно-коричневые шипы.
Аврелиус пожал плечами и покачал головой, изображая полное отсутствие идей, и я с облегчением выпустила перо из пальцев.
Оставался еще один предмет.
– Это… – начал Аврелиус и замолчал.
Я увидела клочок бумаги, криво оторванный от листа, с расплывшимся пятном в том месте, где некогда было написано слово.
– Я думаю… – Он запнулся. – То есть миссис Лав подумала… В общем, мы с ней вместе решили, что… – Он с надеждой взглянул на меня. – …Что тут написано мое имя… Его размыло дождем, – продолжил он, – но вот здесь… – Он подвел меня к окну и жестом предложил проверить бумагу на просвет. – Видишь, в начале что-то похожее на «а». А вот тут, в самом конце, вроде как «с». Конечно, за эти годы она поблекла, но если хорошенько вглядеться… Ты видишь буквы?
«« ||
»» [196 из
357]