Дитер Болен - Nichts als die wahrheit
А он: "Не, я не знаю".
Я: "Примерно в ста тридцати миллионах проданных пластинок".
А Матиас, как карликовая такса, что всегда стремится облаять собаку повыше себя: "Ну конечно, и музыки такой мне тоже никогда не написать".
У меня лопнуло терпение: "Знаешь что? Побеспокойся-ка лучше о своём собственном мусоре! И если ты и взаправду такой великий композитор, каким себя считаешь, попробуй написать что-нибудь для других! Посмотрим, как у тебя это получится!"
Вот так слово за слово, так что Маго пришлось встать между нами, пытаясь не допустить, чтобы я и моя переводная картинка избили друг друга. "Уберите этого идиота подальше от меня - я был в ярости - иначе за себя не отвечаю!"
На этом месте можно поставить точку в рассказе о Матиасе Рейме. Я не могу вспомнить ничего достойного внимания, разве только то, что Маго стала фрау Маца, а Матиас после своей "Verdammt, ich lieb dich" был продюсером ещё пяти разных музыкантов, и все пятеро его усилиями благополчно заглохли.
10 ГЛАВА
Надя или солнечное сияние в Гамбурге.
Моя семейная жизнь складывалась по итальянскому принципу: Эрика, мать, заботилась о детях и, кроме того, была моим лучшим товарищем. Весь день напролёт, проглотив только один бутерброд с утра, я бежал на работу и вечером валился замертво в кровать. Вот такая семейная жизнь. На стороне иногда бывали вечеринки, несколько девочек, чтобы развеяться.
Если бы не это и не золотые пластинки на стене, я бы даже не знал, что живу на свете.
«« ||
»» [54 из
133]