Дина Ильинична Рубина - Синдром Петрушки
– Но она вряд ли знала про тайник в брюхе. Скорее всего, не знала. Тогда совсем непонятно – зачем, что ей было в этой кукле?
Она помолчала… Наконец с явным усилием произнесла:
– Знаешь… мне почему то кажется… что каким то образом от Корчмаря рождаются дочери.
– Что?! Лиза, не пугай меня.
– Да я не так… не то хотела… – Она запнулась, мысленно подбирая слова, и неуверенно – будто на ходу обдумывая пришедшую в голову мысль и не решаясь откровенно ее высказать – проговорила:
– В общем… я подозреваю, что Корчмарь приносит дочерей.
– С чего тебе взбрело, о господи…
– По всему так выходит, – живо отозвалась она. – Его же не зря в семье считали залогом удачи. Отец называл Корчмаря не иначе, как «беременным идолом».
– Ну, да это просто потому, что его огромное брюхо… это, понимаешь, такой гротеск, называется «кукла укладка», и получается…
– Ты помнишь, – перебила она, – я ведь отца, когда он умирал, в ясном уме не застала. Сидела возле него в палате двое суток, до конца. И все эти часы, чуть не до самой агонии, он только одну фразу и повторял: «вереница огненноволосых женщин, в погоне за беременным идолом»… Я удивлялась: вот бред же, сущий бред, но откуда это и как он такую вычурную фразу выговаривает? Его же от инсульта перекосило, он лепетал, как младенец, шепелявил, задыхался… Затихнет на полчаса, и вдруг опять этим ужасным перекошенным ртом: «вереница… огненноволосых женщин…». Я тогда чуть с ума не сошла рядом с ним. Значит, это его как то беспокоило, мучило? А папа был эстет, циник, ты же знаешь, – его трудно было чем то зацепить… Что он в своем бреду искал, кого там видел?..
«« ||
»» [113 из
262]