Дaрья ДОНЦОВА ЧЕРТ ИЗ ТАБАКЕРКИ
— Ну, — милиционер почесал голову шариковой ручкой, — там обученный персонал, разберутся.
— Как?
— В больницу свезут психиатрическую, лечить станут, она все и вспомнит.
Я тяжело вздохнула. Знаю, знаю, какие порядки в этих милых учреждениях. Целый месяц, польстившись на приличную зарплату, мыла полы в сумасшедшем доме. Выдержала только тридцать дней и с позором бежала. Ей-богу, не знаю, кто там страшнее — несчастные больные или средний медицинский персонал. Невероятные вещи проделывали они с теми, кто пытался спорить с медиками. Пеленали мокрыми простынями, привязывали на сутки к кровати. Я уже не говорю об уколах аминазина. Никто не станет лечить несчастную Верочку, подержат несколько месяцев — и сдадут в приют, поселят возле никому не нужных стариков и олигофренов. Я невольно вздрогнула:
— И это все?
— А чего надо? — удивился мужик. — Государство заботится о таких людях.
Еще хуже. Спаси нас, господи, от необходимости просить у нашего государства помощи.
— Только имейте в виду, — подытожил мент, — субсидию на похороны вам не дадут.
— Почему? — поинтересовалась Томуся.
— По месту жительства положена.
«« ||
»» [21 из
423]