Дaрья ДОНЦОВА ЧЕРТ ИЗ ТАБАКЕРКИ
— Нас тут стерегут, как особо опасных преступников. Вся территория окружена забором, по углам вышки с охранниками, вдоль забора телекамеры, на проходной, ну, где ворота, даже муха не пролетит. Нет, здесь совершенно безопасно, и к тому же в доме есть сейф.
— Где? — удивилась я. — Вроде никакого железного ящика не было видно.
— Пошли, — велела Вика.
Мы поднялись на второй этаж и открыли дверь в кабинет. Девочка отодвинула большую картину, изображавшую горный водопад, и обнажилась никелированная дверца с кнопками.
— А-а-а, понятно, — протянула я, — очень предусмотрительно.
— Еще стол с цифровым замком, — пояснила Вика и ткнула пальцем в ящик. Я увидела небольшую панель с клавишами.
— Папа сюда документы прячет, — сообщила ученица, — только я код знаю, смотри.
Она быстренько потыкала пальцем, и раздался легкий щелчок, ящик выехал вперед. Внутри в изумительном порядке лежали счета. Я невольно вздохнула. У нас дома квитанции валяются вперемешку в круглой жестяной коробке из-под датского печенья. Сколько ни пробовала рассортировать их, ничего не получается. Только сгруппируешь бумажки, а они — бац, расползлись, словно тараканы. У Соловьевых же все лежало ровными стопками, перехваченными резинками: газ, свет, коммунальные услуги, расписки прислуги... Но самое интересное в глубине. Вика, желая продемонстрировать стол, выдвинула ящик до упора, и я увидела красивую розовую папку, на которой стояло выведенное синим фломастером слово «Завещание».
— Что это? Вика улыбнулась:
— Наша последняя воля.
«« ||
»» [219 из
423]