Дарья Донцова - Дед Снегур и Морозочка
– Милый, это, вероятно, конфеты, – пропела Люсенька, – «Мишкина надежда» очень подходит для твоего любимого суфле.
– Мишкина Надежда – это сейчас я, – фыркнула девица за кассой.
Пенсионеры во все глаза уставились на работницу супермаркета. Та закатила глаза.
– Сто раз говорила управляющему, не ставьте именные аппараты, одна головная боль от них. А Сергей уперся, сказал, что ему так легче. Считайте, что Мишкина Надежда – это я, – повторила кассирша.
– Извините, – осторожно произнес старичок, – мы вас не покупали, нам лишний человек в семье не нужен.
– Гляньте в чек, – приказала Светлана, – там против каждой позиции стоит вес и цена. Ну вот, тольятини – триста граммов сто пятьдесят рубликов. Видите?
– Да, – слаженно отозвались пенсионеры.
– Теперь Мишкина Надежда – рядом сплошные нули, стоимости нет, – объяснила Светлана, – понятно?
– Нет, – хором заявили бабуся с дедусей.
Потом Люсенька испуганно осведомилась:
«« ||
»» [134 из
372]