Дарья Донцова - Инь, янь и всякая дрянь
Я потерла отчаянно слезящиеся глаза. Коробков молодец, за рекордно короткий срок накопал гору информации, вот только кое-где концы с концами не сходятся. Самойлова получила черепно-мозговую травму, лежала в больнице четыре месяца и… ухитрилась в это же время обменять свою просторную квартиру на маленькую хрущевку. Право, странно! Хотя, вероятно, она выдала кому-то доверенность. И… минуточку!
Я от удивления оперлась руками на стол. Самойлова была переведена из Склифосовского в коммерческое отделение дома престарелых в Караваевке и, судя по документам, до сих пор там находится! Оксана не выписывалась, но ухитрилась выйти замуж за Федора и устроиться на работу бухгалтером. Это что вообще такое?
Я потащилась на кухню и начала сооружать новые бутерброды. Сейчас можно забыть про стройную фигуру и диету, мозгу для продуктивной работы необходимы жиры, белки и углеводы. Схватив поднос, уставленный тарелками, я ринулась к компьютеру, вонзила зубы в сэндвич с ветчиной и моментально успокоилась.
Итак, подведем итог. В девяностых годах в Москве появилась вынырнувшая из пучины океана повариха Полина Юрьевна Бондаренко. По дороге из Владивостока в Москву тетенька обзавелась дипломом врача и заимела сына-подростка Феденьку. Мальчик материализовался из небытия, никаких документов о его рождении нет. Не совсем нормальный подросток вырос, устроился поломойщиком и счастливо женился на Оксане Родриговне Самойловой, которая после похода в загс сменила фамилию и стала Оксаной Родриговной Бондаренко. А потом, исходя из «кино», присланного супругу Федору, ее похитили и застрелили. Но вот странность: женщина по имени Оксана Родриговна Бондаренко жива и до сих пор находится в коммерческом отделении дома престарелых в Караваевке, того самого, где очутилась Серафима, в чью квартиру въехала Полина Юрьевна. Можно, конечно, посчитать это простым совпадением, Оксана Самойлова не очень редкое сочетание имени и фамилии, но вот отчество «Родриговна» встречается в России не на каждом шагу. А еще у той, что находилась в приюте, и у жены Федора совпадали все данные паспорта. Невеста Бондаренко предъявила в загсе документ, указала в анкете дату своего рождения, место прописки, и сведения были точь-в-точь теми же, что у несчастной тетки, влачащей дни в доме престарелых. Коробков ухитрился каким-то образом подметить сходство. Или он просто искал Оксану Родриговну, а ему выпала информация на двоих, одновременно находящихся в разных местах, женщин? Вот уж чудо.
Если исключить эту странность, то, в принципе, жизнь Бондаренко текла мирно. До того момента, как Оксану похитили и убили под прицелом видеокамеры, отправив диск Федору. А тот отреагировал весьма неординарно: не поднимал шума, не бросился в милицию, слушался приказов преступника. Хотя ведь Федор умственно отсталый человек, вероятно, похитители в курсе его проблемы и считали, что парень будет пластилином в их руках. Но о какой тайне шла речь? Что хотели преступники? И почему они переодели жертву в белую блузку?
Ну вот, я вернулась к тому, с чего начала! Экран ноутбука моргнул – пришло новое письмо от Коробкова. Но я не успела его открыть, потому что ожил телефон.
– Слышь, Красная Шапочка, Кот в сапогах на связи, – промяукал Дима.
– Ты перепутал сказки, у милой девочки случилась встреча с Серым Волком, – усмехнулась я.
– Мне противная капризница вовсе не кажется милой, – отбрил Димон. – Бедный волк! Не познакомься он с активной малолеткой, остался бы жив. Деточка оказалась сверхпродвинутой: кликнула охотников с ножами. Серого убили, живот ему разрезали… И это называется детской сказочкой? Я прочитал произведение Шарля Перро в зрелости и заработал шок. Наверное, малыши – садисты от природы, если им подобные выдумки по душе. Нет, только вспомни! Кругом в книжках для ребят одни жуткие события! Белоснежку травит мачеха, Русалочка еле-еле ходит на полученных от ведьмы ногах, Золушкины сестрички отрезают себе пятки, чтобы влезть в туфлю. А Колобок… Его же съели! Ну прямо в каждом рассказике кому-нибудь да наступает кирдык. Сами с детства ребяток к криминальным историям приучают, а потом кричат: «Караул! Школьники не хотят читать книжки про цветочки-листочки, любовь-морковь!» Правильно, им подавай про мачеху и дочку, которых в свиней превратили, в телегу запрягли и по снегу погнали. Это уже из «Морозко», если ты забыла. Или из «Двенадцати месяцев»? Я мог перепутать.
– Димочка, – остановила я хакера, – ближе к теме.
«« ||
»» [228 из
419]