Дарья Донцова - Кекс в большом городе
– Да, Епифания ее в монастырь увезла, несколько лет она там жила, потом в барак перебралась. Тихо очень денечки тащила, потом… Ну не знаю!
– Что? Что? Что потом?!
Знахарка тяжело вздохнула.
– Очень уж она злой к концу стала, прямо ядом прыскала и все причитала: денег нет, денег нет, нищета горькая, раздели меня, отняли накопленное.
– Кто?
Баба Катя развела руками.
– Не знаю, только убивалась она страшно, пару раз обронила со злобой: «Ну я их заставлю раскошелиться». А потом, гляжу, довольная ходит.
Удивленная переменами в настроении старухи, баба Катя решила заглянуть к соседке на огонек, но та не пустила знахарку к себе.
– Не убрано у меня, – проворчала Опара, – и вообще, я узлы собираю, съезжаю скоро, документы на квартирку готовлю.
– Вот я и подумала, – закончила баба Катя, – взялась Настя за нехорошие дела снова. Уж чем занималась перед смертью-то, мне неведомо. Может, шантажировала тех, кто с ее помощью из лепрозория вышел? Оговорилась она мне еще на зоне, что их несколько человек было. Вдруг списочек Настя хранила? Может, Еремина, та, которую язва убила, за ним охотилась? Потому тебя от комнаты увела? Думала тайничок найти, а в нем бумажку. Да зря, Настя с листочком небось смылась.
«« ||
»» [364 из
482]