Дарья Донцова - Маникюр для покойника
- Кто?
- Романова, привезла часы.
Дверь тяжело подалась, и на пороге возник седой худенький старичок в бархатной куртке и теплых войлочных тапочках.
- Проходите, ангел любезный.
Впереди поджидало еще две двери - одна железная, другая деревянная. Старичок гремел бесчисленными задвижками, запорами и лязгал щеколдами. Потом весьма энергично пошел, даже побежал по длинному коридору. Удивившись такой прыти в преклонном возрасте, я поспешила за ним.
- Идите, идите, милейшая, - частил старичок, влетая в комнату.
Я внеслась следом и ахнула. Две стены почти двадцатиметрового помещения забиты полками с книгами. Третья - полностью завешана картинами, четвертая - занята огромным окном, а оставшийся простенок сверкает фарфоровыми фигурками. Впрочем, в гостиной - было негде повернуться. Два дивана, затянутых парчой, пара вельветовых кресел, небольшая деревянная стремянка, торшер в виде мальчика с фонарем, штук восемь пуфиков, круглый стол, накрытый кружевной скатертью, стулья... Места, чтобы двигаться, просто не оставалось...
Петр Мокеевич ловко протиснулся к креслу и велел:
- Садитесь!
Я вытащила часы и, положив на стол, сказала:
«« ||
»» [153 из
379]