Дарья Донцова - Маникюр для покойника
Не успела директриса начать распаковывать чемодан, как Люба влетела к ней в комнату с бумагой. Она нашла обмен. Их четырехкомнатные апартаменты легко делились на три квартиры, каждый получал жилплощадь.
После разъезда Любочка продолжала дружить с бывшей свекровью, а после окончания института пошла на работу в ее школу. Анна Федоровна, как могла, поддерживала несостоявшуюся невестку, сделала завучем, вручала по каждому поводу грамоты, без устали расхваливала в кабинетах начальства. И, естественно, когда Катукова собралась на пенсию, директорский жезл подхватила Любаня.
С Костиком девушка встречалась редко, но хорошие отношения поддерживались. Они поздравляли друг друга с праздниками, обменивались подарками на дни рождения. А два раза в год, 8 Марта и 1 января, Любаша получала огромные корзины цветов. В Международный женский день это оказывались, как правило, белые махровые гвоздики. Зато в январе присылались роскошные темно-красные розы, и было их, вопреки всем принятым правилам, ровно шестнадцать. Но Люба знала, Костя не ошибается, просто в ту памятную ночь, когда они фактически стали мужем и женой, ей было ровно шестнадцать лет. Костик ни разу не пропустил памятную дату, оставалось загадкой, где в советские времена доставал он элитарные цветы...
Любовь Николаевна замолчала. За время рассказа она искурила, наверное, пачку сигарет, и в комнате повис серо-синий дым. Кошки, расчихавшись, убежали в коридор.
- Он никогда не просил вас ни о каких услугах? - спросила я.
- Конечно, просил, - ответила Казанцева, - пару раз детей брала в школу, затем одному балбесу выдала аттестат без выпускных экзаменов...
- На хранение ничего не давал? - нетерпеливо перебила я. - Несколько листочков синего цвета и фото?
- Нет, - удивилась Люба, - мы хоть и остались в хороших отношениях, но душевную близость потеряли...
- У него были близкие друзья?
- На моей памяти только Миша Рогов.
«« ||
»» [190 из
379]