Даша Васильева НЕБО В РУБЛЯХ
Я растерянно заморгала, плохо понимая, куда Сонина сейчас клонит, потом постаралась разобраться в ситуации.
…Узнав о надвигающейся кончине сына, Катя впала в истерику и позвонила Ми. Смолякова мгновенно прилетела в клинику, имея при себе немалую сумму денег. Кроме средств, Ми уже обладала известностью, поэтому медики всполошились и положили-таки полумертвого Степана на операционный стол.
Вопреки ожиданиям эскулапов парень выжил, но впал в кому. И теперь похож на детсадовца.
— Все мои несчастья от Милады, — закончила Катя. — Не приди ей в голову мысль приехать в клинику, Степе не стали бы делать операцию, и сейчас бы я не мучилась, глядя на страдания мальчика. Ясное дело, Ми ощущает себя виноватой и поддерживает материально того, кого сделала инвалидом.
Я потеряла дар речи. А Сонина встала, открыла гардероб, выхватила оттуда еще одну бутылку коньяка, сделала прямо из горлышка несколько судорожных глотков, шагнула вперед и рухнула лицом вниз.
В моей жизни был период, проведенный около мужа-алкоголика, и с тех пор я очень хорошо знаю: невменяемо «накушавшегося» человека нельзя оставлять лежать на полу. Даже на паркете, в теплом доме. Во-первых, пьянчуги моментально схватывают воспаление легких, а во-вторых, от того, что они спят слишком глубоким сном и не ворочаются, у них случаются травматические отеки. Генка, например, месяц ходил с полупарализованной рукой — он отлежал себе конечность во время очередного запоя.
Как бы вам ни было противно, пьяницу необходимо переместить на мягкое ложе, подсунуть под него матрас или толстое одеяло.
Наверное, сейчас мне бы следовало молча уйти, ведь ничего, кроме брезгливости, Катерина у меня не вызвала. Но нельзя же было оставить ее валяться, словно тряпку. Женщина спала в крайне неудобной позе, неестественно вывернув ноги. Протрезвеет и не сумеет встать.
Я наклонилась и потрясла Сонину за плечо.
— Ау, проснитесь!
«« ||
»» [338 из
484]