Даша Васильева НЕБО В РУБЛЯХ
Ми сама не поняла, с чего вдруг у нее вырвалась последняя фраза, но Кит позеленел и убежал.
До полуночи Смолякова пыталась читать, потом, потушив свет, ворочалась в кровати, затем решила выйти на балкон, на воздух.
Писательница встала. Из незашторенного окна в комнату лился свет, и Смолякова увидела Тетю Мотю, сидевшую в кресле. Внезапно у Ми началась истерика. Господи, как хорошо кукле! Ничего не понимает, не знает, не имеет сына-мерзавца… Слезы потоком лились по лицу женщины, и она, находясь в состоянии какого-то умопомрачения, принялась совершать идиотские поступки. Сначала она целовала и обнимала куклу, своего двойника, потом, продолжая истерически всхлипывать, отнесла Тетю Мотю в свою постель и уложила под одеяло, бормоча:
— Я позабочусь о тебе, спи, родная.
Затем, ощущая себя живым трупом, выползла-таки на балкон, вдохнула ночного воздуха и внезапно осела на пол — ноги отказывались служить хозяйке. Сколько времени Ми провела так, сидя на холодном полу, она не знала. Почувствовав вдруг озноб, она чихнула, и тут до ее слуха долетел тихий звук шагов, шорох, опять шаги… Ми вскочила с пола, вернулась в спальню и увидела медленно закрывавшуюся входную дверь — кто-то только что спешно покинул комнату.
Смолякова зажгла свет, приблизилась к кровати и, чтобы не заорать, зажала себе рот. Одеяло на ее кровати было откинуто, а в шее куклы торчал шприц.
Еле-еле придя в себя, Ми поняла, что произошло: некто из членов семьи решил убить ее. Преступник на цыпочках прокрался в спальню Ми и воткнул в ее шею — думал, что в ее, а оказалось, что в шею куклы, — иголку. Что находилось в шприце, Смолякова не знала, но там явно был яд или некое лекарство. Отчего мерзавец выбрал шею? Ми, изучившая во время работы над своими книгами кучу справочников по медицине, мигом нашла ответ и на этот вопрос: очевидно, снадобье вызывает сильные сосудистые изменения, смерть писательницы должна была выглядеть естественной. Скажем, слишком много работающую женщину поразил инсульт. Мало кто удивится, услыхав о таком повороте событий. А в шее как раз проходят крупные, жизненно важные сосуды.
Преступник мог легко осуществить задуманное, но он не знал, что с Ми впервые в жизни случилась бешеная истерика, сопровождавшаяся абсолютно немотивированным поведением. Ну кто мог предположить, что сдержанная, всегда спокойная Смолякова настолько потеряет самообладание, что, рыдая, уложит в свою постель Тетю Мотю?
Кукла была сделана так, что до противности напоминала человеческое тело, под слоем «кожи» и «мышц» у нее имелся «скелет», состоящий из подвижных шарниров. Преступник воткнул иглу, та коснулась одного такого «позвонка», изогнулась и застряла. Убийца тут же понял свою ошибку — что перед ним не живая Милада, а Тетя Мотя — и попытался вытащить шприц, но игла засела крепко, справиться с задачей оказалось непросто. В ту секунду Ми чихнула, негодяй мигом сообразил, что писательница находится на балконе, и убежал.
— И вы решили, что это Никита! — воскликнула я.
«« ||
»» [454 из
484]