Дарья Донцова - Сволочь ненаглядная
Проглотив несправедливое обвинение, я пошла в спальню изучать Настину записную книжку. Но пока руки перелистывали страницы, в голове вертелась только одна мысль: где я слышала про рыжеволосого парня? Кто совсем недавно говорил о мужчине, похожем на Аполлона Григорьева, одного из «Иванушек»?
Бесплодно порывшись в памяти, я прекратила бесцельное занятие и сосредоточилась на блокноте. Покойная Настенька, очевидно, была жуткой занудой, потому что телефонная книжка была исписана мелким, четким почерком. Никаких зачеркиваний или телефонов, занесенных карандашом. Только ручка, причем черная, из-за этого казалось, будто блокнотик заполнялся сразу, одним махом, а не пополнялся постепенно.
Вздохнув, я начала обзвон. Как только трубку снимали, я произносила заготовленный текст:
– Добрый день, вас беспокоит тетя покойной Насти Звягинцевой, я разбираю ее вещи и наткнулась на запись ежедневника о долге, хочу вернуть деньги…
Пару раз меня переспросили с недоумением:
– Настя? Звягинцева? Что-то не припомню.
Кто-то мямлил:
– Ошибка вышла, Настена у меня ничего не брала.
И тогда я быстренько добавляла:
– Тут написано Егор Иванов…
«« ||
»» [296 из
469]