Дарья Донцова - В постели с Кинг-Конгом
Алексей решил звякнуть Рукину, но в момент, когда палец уже нажимал на кнопку, порученец вспомнил напутствие шефа и отложил мобильный. Босс велел ничему не удивляться и думать, как он.
Алексей попытался выполнить его приказ и выстроил в уме логическую цепочку: Антон Евгеньевич приказал ехать во «Внуково», но велел свернуть на проселочную дорогу, потому что захотел в туалет. До аэропорта рукой подать, почему босс поспешил в лес? Сейчас конец зимы, холодно, грязно, на ногах у шефа, человека практически не передвигающегося пешком, тонкие ботинки. По какой причине Антон Евгеньевич рванул в чащу? Ранее он никогда так не поступал. Почему босс не потерпел до теплого сортира вип-зоны отлета?
Алексей подумал и понял. Ох, не зря Алферов заговорил о каких-то странностях. Вот они, уже начались. Порученцу надо уехать, спрятать деньги и никому не сообщать о случившемся, ждать возвращения Антона Евгеньевича. Сколько шеф пробудет в отлучке, месяц, другой, третий, столько и сидеть тихо.
Сметанин решил пересчитать «кассу», залез в мешок и обалдел, увидав пачки с пятисотенными купюрами евро. Еще сильнее он изумился, когда подсчитал, что в машине находится десять миллионов евро. Придавленный случившимся, он простоял на дороге вплоть до рассвета, а потом-таки решился уехать. Во время бессонной ночи он сообразил, куда спрятать капитал.
Не было и речи о том, чтобы открыть счет в банке, но и схоронить миллионы дома, в шкафу, нельзя. Арендовать ячейку? А вдруг хранилище обанкротится и евро пропадут?
– Юля, вам не кажется, что Сметанин нес вздор? – не выдержала я. – Вся цепь его рассуждений откровенно глупа, уж простите, конечно, но по-другому не сказать. Алферов никогда не бегал в кусты? Значит, ему не надо было, а тут перенервничал, и желудок дал сбой. Почему шеф не стал терпеть до аэропорта? Вы пробовали справиться с… ладно, скажу прямо, с поносом? Не всегда получается подавить бунтующий кишечник. Вот Антон и поторопился в лес, забыв о ботинках на тонкой подошве. Я его отлично понимаю, в день, когда умерла Бороздина, я съела кекс якобы из «натуральных» продуктов, изготовленный по российской нанотехнологии, а потом в панике искала туалет. В такой момент махнешь рукой на неподходящую обувь и помчишься даже в заросли крапивы. Вам не кажется, что Алексей перемудрил? И почему он не спросил себя: «Разве Антон Евгеньевич велел мне спрятать деньги? Он же хотел ехать во «Внуково». Вдруг с ним в лесу случилась беда?» Сметанину не пришло в голову, что шеф, поспешив в лес по совершенно естественной причине, споткнулся, упал, сломал ногу, спину, шею? Я бы не сидела тупо на месте, а попыталась поискать начальника.
– Десять миллионов евро, – напомнила Юля, – их нельзя было бросить. Вероятно, Алферов не собирался улетать, слова «Едем во «Внуково» он произнес для отвода глаз, вышел в нужном месте, пересек часть леса, сел в ожидавшую его там другую машину, и фью!
– Оставив миллионы Сметанину? – хмыкнула я. – Доверив порученцу огромные деньги, но не сообщив, куда на самом деле торопится? Приказал тайком вывезти себя из поселка, а дальнейший путь замаскировал?
– Некоторые тайны нельзя никому доверять, – печально сказала Юля, – понимаю, рассказ Алексея небезупречен, но я ему верю.
– Мне бы тоже хотелось верить, – заявила я, – но мешает здравый скептицизм. Куда Сметанин дел деньги?
«« ||
»» [242 из
333]