Елена Усачева - Влечение
Хватит о нем думать! Хватит!
Но стоило мне зажмуриться, как я снова видела его глаза, улыбку, лицо. Меня тут же потянуло сбежать вниз, чтобы попросить прощения и сказать, чтобы он никогда-никогда больше не исчезал. Что я пообещаю все, что угодно, лишь бы он остался. Ведь он был, был рядом, я смотрела на него, слышала его ...
Я подтянула к себе сумку, вытряхнула содержимое на пол. Первой выпала шоколадка, упаковка лопнула, коричневые кусочки разлетелись по ковру. Слезы брызнули из глаз. Истерика скрутила, заставила согнуться, упасть на колени.
Все пропало, все! Я с трудом доползла до кровати, подмяла под себя подушку.
Помогите мне! Кто-нибудь! Помогите!
Заходил папа, сидел рядом со мной на кровати, вздыхал. Мама звала его на кухню, советуя не мешать мне. Но я была благодарна папе, что он не уходил, сидел рядом, смотрел вместе со мной, как за окном медленно умирает день. Вместе с дневным светом из души уходила тоска, и мне становилось все равно.
А ведь все так легко решается. Надо просто жить дальше. Жить, как жила раньше. Ходить в школу, на курсы, на тренировки. Ездить на конюшню. Посмотреть вместе с Маркеловой новый фильм, погулять с Пашкой. В конце концов все станет так, как было до сих пор, станет понятным, несложным. Именно об этом мне и говорил Макс. Жить как раньше, ни на кого не обращать внимания, ни о ком не думать. Он сам попросил, чтобы я была осторожней и не искала с ним встречи.
Я не буду с ним встречаться. Я вообще ничего не буду больше делать.
Утром я даже головы не повернула в сторону мастерской. В душе было пусто и холодно. Там поселил ась зима.
После вчерашнего родео мышцы ног сильно болели, на копчике был приличный синяк, левая лодыжка стерта, и как я ни старалась до конца выпрямиться, у меня не получалось.
«« ||
»» [98 из
416]