Дмитрий Емец - Третий всадник мрака
Улита, Арей и Мамзелькина воззрились на Мефодия с таким непередаваемым выражением, что он мгновенно ощутил себя недоумком, который притащил в дом артиллерийский снаряд и, пуская слюни, лупасит по нему дедушкиным молотком.
- Говорила я тебе про черный язык! Остальные могут вякать, а ты нет! Ты соображаешь, какие в тебе силы! Ты Буслаев! - набросилась на него Улита.
- Извините! - сказал Мефодий.
- А что с ним разговаривать! Глупость не лечиц-ца! Чирикнуть струментом, и все дела! - мрачно сказала Аида Плаховна, наклоняясь, чтобы поднять упавшую косу.
- На меня разнарядки не было! - поспешно напомнил Мефодий.
- Ничего. К нам и самотеком товарищи поступают. Самоволкой дуба дають. За всеми не уследишь! Пущай контора потом отписывается, как и чего, - успокоила его Мамзелькина. Слово "товарищи" прозвучало в устах менагера некроотдела, как "товарыш-чччи", отчего приобрело особую "хЫщность".
Однако Буслаев ощутил, что дальше ворчания дело не пойдет.
- Но разве дух Б.К. (на этот раз Мефодий был предусмотрительнее) находился в плену у света? - спросил он.
Улита покосилась на Арея, точно спрашивая у него разрешения. Тот кивнул.
- Кводнон недаром считается третьим всадником мрака. Он пришел в мир по следам великих... Один только Троян пережил его, но недавно и он канул в небытие... Безликий Кводнон - истинное лицо Двуликого Кводнона. Будучи поражен златокрылыми, Кводнон не может воплотиться ни в одном теле, даже в комиссионерском. Одна часть его существует то в лопухоидном мире, то в Тартаре. Ему-то и поклоняются Лигул и весь мрак, подкармливая и усиливая его эйдосами. Это, если, можно так выразиться, абстрактное зло, лишенное личности... Другая же, деятельная, чудовищно опасная для всего живого часть Кводнона, неутомимая в злобе, томится за Жуткими Воротами. А знаешь что там, за Жуткими Воротами?
«« ||
»» [175 из
288]