Дмитрий Емец - Билет на Лысую гору
- Какую? - нетерпеливо спросила она. Глазки у Аиды Плаховны сразу стали узкие, как две амбразуры, из которых бил жуткий, не земной свет.
- И-и, девочка моя светлая, кто много знал, тот давно уж на косу ко мне прыгнул!.. Да только я и сама о косу свою порезаться не хочу... - запела она со скрытой угрозой.
Даф поспешно отвела взгляд, и старушка немного успокоилась.
- Откуда ж я знаю, что за тайна у Лигула? - заскрипела она уже миролюбивее. - Да только непременно такая должна быть. Уж очень он по чему-то Лысую Гору не любит. Как о Лысой Горе кто заговорит, так и передернется сразу. А ведь ежели разобраться, гробики мои нефасованные, и пострашнее Лысой Горы местечки есть. Говорят, будто в молодости Лигул провел на Лысой Горе несколько лет.
Старушка поправила под головой рюкзак и задумчиво уставилась в потолок.
- Наклонись-ка; Улита, наклонись, сладкая моя! Шепну я тебе кой-чего в румяное ушко! - велела она.
Улита, хотя и без особого рвения, склонилась надлежащей Аидой Плаховной. Мамзелькина шептала долго. То и дело она начинала горячо жестикулировать и даже хватала Улиту за цепочку на шее. Молодая ведьма не переспрашивала, только кивала. Ее лицо светлело, но все же, как показалось Даф, сомнения окончательно не рассеялись.
- Ох, не люблю я этого Подземья!.. Вы уверены, что это прокатит? - сказала она, морщась.
- И, милая, не нам с тобой судить, что прокатит, а что не прокатит. Иной раз канат оборвется, так на волоске человечка вытащишь! Так-то вот! - сурово сказала Аида Плаховна.
Улита не стала спорить. Перед тем, как покинуть резиденцию мрака, она наведалась в кабинет Здуфса и вырезала из рамы уцелевший холст с портретом горбатого карлика Лигула. Холст был скатан и без особых церемоний засунут за голенище высокого сапога.
«« ||
»» [101 из
291]