Дмитрий Емец - Билет на Лысую гору
Двор опустел. Лишь эйфорические пьяницы вдохновенно щурились на солнце, бормоча что-то на древнеперсидском. Впрочем, если бы кто-то сказал им, что это древнеперсидский, то был бы послан на чистейшем русском. Скромные гении избегают дешевой популярности. Ирка шла настороженно, то и дело озираясь и прижимая к себе свернутую в трубку картину. Дома, деревья, асфальт, даже небо - все было у нее под подозрением. Везде мог появиться роковой, сквозящий алым сиянием надрез. Валькирии мерещилось, что где-то там, с изнаночной стороны лопухоидного мира, к ней, кашляя глиной, подкрадывается Пес. Однако пока все было спокойно. Она села в метро и этим надежным, хотя и немагическим способом добралась до дома.
- Тошнотная хозяйка не должна телепортировать, пока не ощутит в себе сил. Иначе она может материализоваться внутри кирпичной стены, или глаза у нее окажутся на пятках. Я понимаю, что представить такое сложно, но жуткому монстру многое приходилось видеть на своем веку! - предупредил ее как-то Антигон.
- А когда я почувствую, что у меня есть эти силы? - спросила Ирка.
- О, ждать совсем недолго! Самое большее - четверть века, а может, и пару-тройку лет! Никто не знает, с какой скоростью пойдет твое магическое взросление! - оптимистично заверил ее Антигон.
Ирка осторожно открыла квартиру и прислушалась. Слышно было, как в кухне работает холодильник и стиральная машина, тоскливо завывая, отжимает бельё.
- Ну, конечно! В это время уважающие себя Бабани дома не сидят. Они, как пчелки, жужжат на работе! - успокаивая себя, сказала Ирка.
Она перекусила, вымыла и высушила голову, переоделась, беззастенчиво вторгшись на полку невыкупленных заказов. Все это время пустое инвалидное кресло сердито смотрело на нее из угла комнаты. Ирка заметила на кресле новый плед. Рядом с креслом на столике стояло блюдце с печеньем и конфетами. Эти конфеты окончательно убили Ирку. Это напомнило ей то угощение, которое на кладбищах кладут на могилки.
"Неужели Бабаня не видит, что кресло пустое! А я даже не могу ей ничего сказать! Стоит мне проболтаться - и узнавший мою тайну погибнет! Тартар бы побрал эти древние законы валькирий!" - с болью подумала Ирка.
Заметив рядом с креслом тетради, она, заинтересовавшись, взяла верхнюю. Это оказалась тетрадь по литературе. К ее удивлению, страницы - совершенно чистые - были почерканы красной ручкой, а на полях отмечены несуществующие ошибки. Внизу одной из страниц стояло жирное 4/4-.
Ирка узнала почерк своего надутого репетитора Мих. Миха Птичкина и засмеялась, представив, как он поучает пустое кресло. Вот он вздымает к потолку свой длинный указательный палец, по неведомой причине имеющий всегда такой цвет, будто он засунул его в узкую трубку, а потом едва вытащил.
«« ||
»» [122 из
291]