Дмитрий Емец Мефодий Буслаев Маг полуночи
Арей недоверчиво прищурился:
— Аида! Не томи! Кто тебя просит? Я прошу!
— Говорят тебе, тайна! Костьми за тебя лягу, а не могу! Закон… иу… космической гармонии! Весы вселенского правосудия! Никогда! — сказала Мамзелькина и для убедительности стукнула себя кулаком в гулкую грудь.
— А полбочонка медовухи не разберутся с космической гармонией? Не подмажут весы вселенского правосудия? — с насмешкой осведомился Арей.
Старушенция укоризненно погрозила ему пальцем:
— Ах, Ареюшка, циник ты! Над такими вещами глумиться!.. Потому и на маяк попал!
— Так как насчёт полбочонка? Просто скажи, есть Мефодий в твоих списках на ближайшую неделю или нет? — напирал Арей.
— Низзя! Хоть убей — не могу! — заявила старуха и, достигнув высшего градуса праведного негодования, без перехода добавила: — Бочонок! И чтобы до краёв! И то только для тебя! Ежели кто пронюхает — по черепушке меня не погладят.
— Ах, Аида, Аида! Для себя берёг! Ну так и быть! — усмехнулся Арей и произнёс заклинание перемещения. Посреди его кабинета возник трёхвёдерный бочонок с медовухой. Мамзелькина придирчиво оглядела бочонок, надо думать, на предмет скрытой магии и щёлкнула пальцами. Её рюкзак раздулся, как жерло вулкана, и легко проглотил бочонок.
Разобравшись с бочонком, Аида Плаховна достала пергамент, заляпанный высохшей бурой кровью. Её палец заскользил по строчкам.
«« ||
»» [133 из
275]