Дмитрий Емец - Первый Эйдос
Чимоданов некоторое время критически изучал Ромасюсика, а затем в лоб спросил:
- Ты комиссионер, что ли? Пластилин в Тартаре закончился - стали вас из шоколада шлепать?
Такта в нем было, как у танка, который едет по трупам. Ромасюсик от обиды перестал вертеться и подозревать неизвестное смертоносное оружие в выбивалке для ковров.
-Я не комиссионер! Я человек! - сказал он.
Улита печально посмотрела на "человека" и посоветовала не попадаться ей на узенькой дорожке, когда будет не с чем пить чай.
Ромасюсик исторг вздох. Из его нутра дохнуло той горячей волной, какая бывает от свежеиспеченного именинного пирога. Улита не выдержала искушения. Она шагнула к шоколадному юноше и попыталась оторвать зефирное ухо. Арей многозначительно крякнул, и ведьма вовремя вспомнила, что худеет.
- Подумаешь, одно ухо. Что, жалко? - проворчала Улита, отворачиваясь, чтобы не искушать себя.
Ромасюсик благодарно уставился на мечника.
- Я так вам признателен! Вы спасли меня! Простите, что я доставляю вам столько хлопот...
Конечно, этого говорить не стоит, я вас едва знаю, но я так люблю вас! Так люблю! Вы мне почти как отец! - произнес он прерывающимся голосом.
«« ||
»» [117 из
299]