Дмитрий Емец - Первый Эйдос
- Девушка! - сказала ведьма с психиатрической вкрадчивостью. - Учитесь властвовать собою. Это советую вам не я, а Пушкин. Не надо плакать, не надо смеяться. Если хотите посмеяться, говорите просто "хи-хи!", не размыкая губ. Мы вас поймем и оценим.
. Лучше бы Улита промолчала. Прасковья сомкнула брови. Ведьма, синея, схватилась за сердце. Она судорожно пыталась сделать вдох, но не могла. На этот раз первым опомнился Меф. Он подбежал к Прасковье и, схватив ее за плечи, развернул к себе. Он сделал это довольно грубо, ожидая сопротивления, пламени, удара кинжалом - чего угодно, однако в его руках Прасковья повела себя неожиданно покорно. Ее лицо было теперь совсем близко. Раскосые глаза в упор смотрели на Мефодия. Углы рта чуть приподняты.
Не делай так больше никогда! Слышишь? Никогда! - крикнул Меф.
Прасковья медленно подняла руки и коснулась щек Мефодия. Ладони у воспитанницы Лигула оказались неожиданно горячими. Судя по их температуре, Прасковья вот-вот должна была скончаться от жара. Однако, судя по цветущему виду, это не входило в ее планы. Мефу чудилось, что через руки Прасковьи жар передается его коже и всему существу.
Ощущая себя сбитым с толку, Меф выпустил Прасковью и повернулся к Улите. Ведьма судорожно дышала и все никак не могла отдышаться.
-Дело не только в свече! - услышал Мефодий голос Арея. Кажется, мечник отвечал Чимоданову на его вопрос. - Эта девица - просто вулкан энергии. Земля, воздух, вода, огонь. Она лепит из стихий, как ты из глины. Ей нужен только источник
- Она сильнее меня? - вклиниваясь в разговор, спросил Меф.
- Нет. Сильнее ты. Но она мобилизует свою энергию быстрее. Представь, у тебя огромная неповоротливая пешая армия, а у нее небольшой, но отлично подготовленный конный отряд, - негромко, чтобы не услышала воспитанница Лигула, отвечал Арей.
Мечник вернулся к Ромасюсику. Тот отнесся к пожару в резиденции мрака довольно спокойно.
Только жалел, что много вещиц исчезло и их нельзя больше трогать.
«« ||
»» [125 из
299]