Дмитрий Емец - Первый Эйдос
Валькирия каменного копья ткнула Ирку в солнечное сплетение пальцем твердым, как наконечник копья, мимоходом зарядила Антигону коленом в печень, назвав его уродцем, и исчезла. Ее последние слова были:
- Однажды ты уже провалила задание, одиночка. Не думай, что кто-то забыл. За тобой должок.
Оруженосец буркнул в микрофон: "Все чисто! Отбываем!", сочувственно взглянул на Ирку и поспешил за своей госпожой. Ирка посмотрела на Антигона. Тот лежал на земле, держался за печень и все никак не мог разогнуться.
- Какая женщина! Владеет же кто-то таким чудом! - прокашлял он в полном восторге.
Ирка уставилась на траву, примятую богатырскими ступнями Таамаг.
"Дураки бывают активные и пассивные. Остановимые и неостановимые. Контролируемые и неконтролируемые. Самая утомительная разновидность - это активный, неостановимый, неконтролируемый дурак", - вспомнилось Ирке.
Вот только вписывалась ли Таамаг в эту схему? Была ли она действительно грубой дурой или просто глубоко несчастной? Вопрос остался открытым.
Ирка уже забиралась по канату, когда ветер внезапно перестал раскачивать вершины. В странной, опустелой тишине отчетливо слышно стало, как первые тяжелые капли забарабанили по крыше "Приюта". Вот он - долгожданный дождь!
***
Часом позже Ирка спала в гамаке. Дождь барабанил по крыше. Антигон примостился на лежанке в соседней комнате и, положив булаву на колени, охранял хозяйку. Несколько часов он крепился, изредка для бодрости давая себе затрещину, но под утро сон сморил и его. К тому времени дождь стих. Лишь запоздавшие капли виновато постукивали по крыше.
«« ||
»» [141 из
299]