Дмитрий Емец - Первый Эйдос
И Чимоданов снова засопел на пластилин. Сегодня Петруччо был в кожаной жилетке без рукавов. Жилетка шла Чимоданову гораздо больше пестрых свитеров. В ней он смахивал на цыгана. Руки у него тоже были цыганьи - тощие, без видимой мускулатуры, но жилистые и цепкие. Правый бицепс обвивала татуировка - ленточный китайский дракон.
- Да что ж это такое! Не хочешь оживать, собака такая! - ворчал Чимоданов.
Кусок пластилина, от которого Петруччо настойчиво требовал жизни, внезапно сам собой смялся, принял новую форму, выскользнул из рук Чимоданова, и на столе заплясал маленький глумливый комиссионерчик.
- Папаша! Папаша, эйдос дай! - пищал он, протягивая к Петруччо ручки.
Чимоданов кивнул, взял со стола словарь и с размаху опустил его на голову комиссионерчику. Под книгой что-то хлюпнуло.
- А те, что недвижимостью занимаются, эти как умные обезьянки. Взгляд у них такой - чик! рентген! - а потом снова сладенький! - продолжая прерванный разговор, сказал Чимоданов.
Меф невольно представил себе быстрое, умное, сладкое лицо...
- А ты наблюдательный! - сказал он.
Петруччо не стал прикидываться польщенным. Мания величия имеет кучу минусов и лишь один большой плюс. Тех, кто ею страдает, невозможно удивить.
- Я же и из глины много леплю, не только из этой дряни. У меня это профессиональное...
«« ||
»» [148 из
299]