Дмитрий Емец - Первый Эйдос
- Ты с детства лепишь? Давно начал? - спросил Меф.
Когда он познакомился с Чимодановым, тот уже достиг в лепке высокого уровня. Получается, начал раньше.
- Угу. Я был задумчивый ребенок. Правда, задумчивость моя была слабоумного характера. Прихлопнуть кому-нибудь пальцы дверью, связать веревкой, кинуть камнем. А потом мне как-то купили белую глину, не какой-нибудь там вонючий пластилин, ну я и подсел... - Петруччо ностальгически шмыгнул носом. - Ты, Буслаев, не страдай! У тебя есть, конечно, уже печать, но на начальной стадии. Жить пока можно. И вообще я завидую тебе белой завистью... Ну, может, с небольшими черными прожилками! - добавил он покровительственно.
- Почему завидуешь? - заинтересовался Меф.
Ну ты как-никак наследник конторы, девчонка у тебя есть, и вообще ты на рожу симпатичный. А я вот моральный уродец, и, как ни крути, мне приходится тщательно эксплуатировать эту тему, - заявил он.
Меф взглянул на дарх. В его витых спиралях заблудился солнечный луч. Луч метался, бился о края, как загнанный, и вдруг исчез. Сожравший его дарх имел удовлетворенный вид.
***
Чимоданов враскачку вошел в приемную и с размаху плюхнулся в кресло. Улита оценивающе уставилась на него.
- И как ощущения? Ничего не чувствуешь? - ласково спросила она.
- Нет.
«« ||
»» [149 из
299]