Дмитрий Емец - Первый Эйдос
- Вы единственная женщина, которой идет быть разгневанной! - сказал Корнелий, подпуская в глаза ланьих слез.
Его очки блестели так честно, так восторженно, что Улита озадачилась.
- Врешь ты все, шпендик! - сказала она грубо, но уже заметно смягчаясь.
- Обычные женщины в гневе смешны. Они пищат, царапаются, толкаются слабыми ручками, производят всхлипывающие звуки. А тут такая стать, такое величие! Просто царица! Я впечатлен!
"Ах ты, манипулятор!" - подумал Эссиорх с восторгом.
- Я еще не так могу! - сказала Улита. - Если этот тип меня доведет, я так заору, что...
- Не сомневаюсь. Меня, кстати, всегда удивляло, почему некоторые люди, с другими вроде спокойные, тихие, совсем не психи, когда встречаются, начинают вдруг орать друг на друга? Сразу, с ходу, с пеной у рта, безо всякого повода. Зачем? Какой смысл? - спросил Корнелий.
- Чувствуют, что этим все закончится, и экономят время, - пояснила Улита.
Пока она говорила, Корнелий вгляделся но что-то за ее спиной и вновь пустил в ход свои убийственные ресницы.
- Ой, а кто это к нам идет? Это не Дафна? - охнул он.
«« ||
»» [183 из
299]