Дмитрий Емец - Стеклянный страж
От Фулоны возвращались ночью, незадолго до закрытия метро. Зигя остался у валькирии золотого копья, поскольку ухитрился заснуть прямо в коридоре, пока его обували. Спал он крепким детским сном, приоткрыв рот. Оруженосец Бэтлы пытался его разбудить, но добился лишь того, что Зигя, не просыпаясь, сгреб его и подложил себе под голову.
– Ладно! Пусть ночует! – уступила Фулона.
Хаара с Вованом погрузились в машину, на заднее сиденье втиснулись Ильга с оруженосцем и Радулга без оруженосца, который поместился бы только на крыше. Понимая, что на него сейчас все смотрят, Вован не удержался и так газанул, что покрышки задымились. Древний автомобиль рванулся с места, окутавшись бензиновым облаком и едва не сшибив замешкавшегося Антигона.
– Странно! Хаара – вся такая правильная, уместная, подтянутая и вдруг… Вован! Тоже мне любовь! – фыркнула Хола.
Слово «любовь» она выговаривала крайне противно – «любо-оу». Примерно так Антигон спрашивал: «Хочете какау?»
– А что именно тебя смущает? – напряглась Гелата, собственный оруженосец которой был раза в четыре бестолковее Вована. Тот хотя бы дезодорантами в туалете не прыскался, не прыгал дома перед зеркалом, имитируя бой с тенью, и не вбивал в женские тапки громадную лапищу.
– Ничего. Я просто говорю, – сказала Хола.
– А почему бы тебе в таком случае просто не помолчать? – отрезала Гелата.
Хола, менявшая оруженосцев ровно раз в год, чтобы не возникало привыкания, пожала плечами.
– Да запросто! – буркнула она.
«« ||
»» [146 из
337]