Дмитрий Емец - Стеклянный страж
Дафна шла полем и думала, что наконец-то у нее есть ощущение, что все так, как должно быть. И главное, внешне будто мало что изменилось, разве что Меф обрел память. Наверное, основная проблема все-таки в ней самой. В Москве в голове у нее все путалось и мельтешило. Видимо, таково уж свойство больших городов, чтобы всех взбаламучивать.
Ей непросто было привыкнуть к теперешнему Мефу. Едва она привыкла к новому, как он уже стал старым, то есть опять же новым, а тот, который на деле новый, был уже на данный момент отошедший в прошлое – старый… Мозги вкрутую! В общем, неудивительно, что все эти Мефодиусы окончательно перепутались в сознании бедной девушки, не проучившейся в Эдемской школе даже полных пятнадцати тысяч лет и фактически, по утверждению Шмыгалки, оставшейся без всякого образования. Дафна толком не могла вспомнить, что, когда и какому Мефу говорила и знает ли первый Буслаев, что знал второй.
Сейчас же в поле, шагая по накатанной грузовиками дороге и перескакивая через частые лужи, Дафна почувствовала, что Мефодий изменился в лучшую сторону. Гипс забвения пошел его личности на пользу, хотя стараниями Прасковьи и оказался снятым раньше времени. От прежней самовлюбленности удалого мачо осталась примерно половина, да и та граничила с умеренным хавронством. Если раньше Меф терял терпение и заводился на раз-два, то теперь чаще всего успевал даже сказать «три», и это был прогресс.
Страсти и дурные привычки – как платок с дыркой. Пока дырка маленькая, зашить ее просто. А вот если запустить и позволить ей разъехаться – тут уже и руки опустятся штопать. Вот и сейчас Дафна видела, что штопки в обновленном Мефе стало гораздо меньше, и ее, как главную штопальницу Мефодия Буслаева, это не могло не радовать.
«Но ему я этого не скажу! Вообще буду стараться меньше говорить, а то я вечно на болтовне прокалываюсь!» – решила она.
Конечно, важно то, что ты говоришь. Безусловно важно. Особенно если это правильные слова. Но важнее: зачем говоришь, когда и кому. Истинное намерение, тайное желание – то, что за оболочкой слова. Опять же – пока человек не готов услышать, пока в нем самом не созреет вопрос, жажда ответа, жажда действия, изменений, шага – толку все равно не будет. Когда же это произойдет – самое простое слово может запустить машину.
* * *
Перед деревней был глубокий овраг, по дну которого бежал ручей. Перед оврагом, отрезая его от дороги, стояла крапивная рать в человеческий рост. Мефодий, успевший устать от своих родственников, незаметно поймал Даф за рукав.
– Делаем как всегда. Знаешь, как делают каквсегдашку? – шепнул он.
– Угу!
«« ||
»» [192 из
337]