Дмитрий Емец - Танец меча
Тухломон и Хнык посерели и обреченно, как расшалившиеся школьники, повлеклись за ним. Это был страж второго ранга Вольгенглюк, сыскной пристав мрака по розыску суккубов и комиссионе¬ров. Грозный старый Вольгенглюк, от которого ни один комиссионер не спрятался бы, даже стань он песчинкой на Марсе.
Подволакивая ноги, Тухломон пытался вспом¬нить, чем он провинился. Эйдосы сдает по норме, конечно, кое что зажиливает, но это еще надо дока¬зать. Внезапно он вспомнил, что недавно, в частной беседе, увлекшись, назвал Пуфса «пупсом». А вдруг тому донесли? Спину Тухломона залил пластилино¬вый пот. Он совсем размяк и завалился на Хныка, на-ходившегося в таком же состоянии.
Вольгенглюк оглянулся. Ему известен был ужас, который испытывают суккубы и комиссионеры, когда его видят. Приблизился, небрежно перекинул обоих через плечо и продолжил путь. Тухломон и Хнык болтались, как два пустых костюма. Руки про¬висали до земли, цепляя асфальт. Едва живые от страха, они ухитрялись переругиваться.
– Ах ты, суккубочка! Ну и несет от тебя! – сказал Тухломон.
– От бяки и слышу! Хлам! Тухлый Моша! Поце¬луй меня в щечку! – пискляво отозвался Хнык.
* * *
Неблизкий путь от «Спортивной» до «Кузнецкого Моста» Вольгенглюк прошаркал за пять минут. Пе¬реулочки он проскакивал, улочки промахивал, про¬спекты перешагивал, и все с обычной своей ленцой и вялостью.
Хнык и Тухломоша поначалу переругивались, а потом заключили перемирие и стали подавать друг другу знаки. Тухломоша показал на асфальт и сделал рукой движение, будто закручивал лампочку. В ответ Хнык двумя пальчиками изобразил «топ топ», и оба гадика согласно закивали.
Этот немой телеграф означал: если бы Вольгенглюку велели доставить нас в Тартар, он давно бы это сделал. А раз куда то несет, значит, жить покуда можно.
Наконец Вольгенглюк очутился на Кузнецком. У дверей подвального кафе он остановился и сбро¬сил Тухломона с Хныком на асфальт. Тухломоша с Хныком вскочили на ножки.
«« ||
»» [186 из
352]