Дмитрий Емец - Таня Гроттер и перстень с жемчужиной
– Ежик мой небритый! Устал, замучился ловить противного Горьяшку! Ну ничего, сейчас ты отдохнешь! Бери в одну ручку пылесосики, в другую чемоданчики! Пойдем устраиваться! – сказала она и решительно отбыла, уводя за собой Гломова.
Таня хотела нырнуть в спасительный проход галереи вслед за Гробыней, но Зализина вновь вцепилась ей в плечо. Схлопотав по носу от Склеповой, она явно нуждалась в истерическом реванше.
– А ты куда, Гроттер? Мы еще не договорили!
«Ну все!» – мысленно сказала себе Таня, поднимая руку с кольцом.
– Привет, Лиза! Привет, Глеб! – крикнул кто-то издали.
К ним, улыбаясь ласково и тепло, подошла Катя Лоткова и расцеловалась вначале с Зализиной, а затем с Глебом. «Правильная последовательность!» – оценила Таня. Лоткова не то чтобы дружила с Лизой – с ней вообще невозможно было дружить, но их отношения были вполне нейтральными.
Секрет Лотковой – секрет большой и беспроигрышный – состоял в том, что она умела быть терпеливой и приветливой со всеми. Обогревать окружающих радостью и хорошим настроением, как весеннее солнце. Неудивительно, что Ягун из множества девушек Тибидохса выбрал именно ее.
– Чего улыбаешься, Лоткова? Можно подумать, ты умираешь от счастья! – неприязненно сказала Зализина. Она неотрывно смотрела на то место на щеке Глеба, которого коснулись губы Лотковой.
– Почему бы и нет? Если я соскучилась? – вежливо спросила Катя.
– Ну если соскучилась – тогда да… – растерянно протянула Лизон и тотчас пакостно подчеркнула: – Если…
«« ||
»» [167 из
322]