Дмитрий Емец - Таня Гроттер и проклятие некромага
– Не подходите ко мне! Я – пчччи! – пчихаю! – крикнула она, замахав на Таню руками.
– И что теперь, повеситься? От гриппа есть куча работающих заклинаний, – резонно сказала Таня.
– Это не обычный грипп! У меня заразный сглаз на неприятности! – страдальчески моргая опухшими глазами, пожаловалась Верка.
– Это еще как?
– Все скверное, что происходит в Тибидохсе, происходит с моим участием! Если на кого-то упала люстра, можете не спрашивать на кого – на меня! Если у кого-то аллергия, то у меня! Если кто-то отравился, это тоже я! Если на кого-то всем плевать – на меня! Это все из-за Великой Зуби, уж я-то не дура!
Едва Верка успела возвести на Великую Зуби новое обвинение, как ее потряс очередной чих. Зажав ладонью рот, Верка поспешно скрылась в галерее, ведущей к магпункту.
– Хм… Я почему-то думал, что Ве-Зу преподает защиту от сглазов! – философски сказал Ягун, благоразумно не называя полного имени.
– Canalius nascitur, non fit,[1 - Канальей рождаются, а не становятся (лат.).] – проворчал перстень Феофила Гроттера.
У ворчливого старикашки, некогда ухитрившегося вызвать на дуэль самого Древнира, на всех был зуб.
Гуня решительно протопал по галерее, поднялся по невзрачной лесенке, молча сунул караульному циклопу баранью ногу, которую тот так же молча принял, и Таня внезапно поняла, где они. У бывшей лаборатории профессора Клоппа. Отсюда любящий дешевые эффекты профессор обычно спускался в класс в крысиной жилетке, с неизменной ложкой на цепочке.
«« ||
»» [118 из
307]