Дмитрий Емец - Таня Гроттер и проклятие некромага
Это было тесное, загроможденное помещение. На полках строем браво пузатились бесконечные банки, подписанные корявым, с нестандартным левым наклоном почерком профессора: «Сушеные волчьи глаза», «Щитовидная железа ведьмы», «Когти гарпий», «Соскоб железа с меча вещего Олега», «Эликсир тоски», «Песок из пустыни Гоби», «Молочные зубы циклопа», «Разочарование клерка, которому не дали годовую премию».
Посреди комнаты на столе горела единственная свеча.
– Ну наконец! Я чуть не сдохла! Вы что, на черепахе ехали? – нетерпеливо спросила Гробыня, метавшаяся из угла в угол.
– Привет Глупыням Клеповым! – приветствовал Гробыню Ягун.
– Молчи, Бабский Ягун! – одернула его Гробыня. – Что еще за вопли из санузла? Бунт в клетке с хомячками? Восстание бешеных попугайчиков?
– Склепова, я тебя умоляю: не прикидывайся стервой! А то я решу, что ты идеалистка, – сказал Ягун, морщась.
– Это как? – растерялась Гробыня.
– В девятнадцать лет девушке не положено быть стервой. Все девятнадцатилетние стервочки к тридцати становятся хроническими идеалистками. И наоборот. Мне бабуся сказала. Типа ссылка на авторитетный источник, – пояснил Ягун.
Гробыня досадливо дернула плечом.
– Хватит болтать! – энергично сказала она. – Сегодня я трижды пыталась проникнуть в подвал Башни Призраков. С каждым разом со мной церемонились все меньше, хотя я была сама вежливость и очарование. В третий раз Поклеп вообще приказал циклопам меня вывести. Меня, которая принесла ему чашечку кофе почти без снотворного! О чем это говорит?
«« ||
»» [119 из
307]