Дмитрий Емец - Таня Гроттер и проклятие некромага
Энтроациокуль сердито отвернулась и вновь погналась за мячом. Ей было хорошо известно, что через защитный купол ее проклятия не действуют. И самое противное, что этот болтливый парень с красными ушами тоже явно был в курсе.
К концу тренировки бушевавший на трибунах Жикин внезапно завял, ссутулился и заплакал, уткнувшись в плечо Ягуну. Это произошло так внезапно и без всякой видимой причины, что Ягун даже не сумел съехидничать по этому поводу.
– Э… Жик, ты чего?
Жикин не отвечал и только вздрагивал от рыданий. Вдруг, сорвавшись с места, он убежал за трибуны и спустя десять минут снова вернулся бодрый и хохочущий. Прыгал по скамьям и пытался поцеловать солнце, обняв его за золотистые щеки. На подбородке у него пунцовела шишка размером с монету.
Маланья Нефертити, только что забросившая в пасть Гоярыну последний мяч, который дракон с аппетитом проглотил, поскольку сообразил уже, что никакой особой магии в мяче нет, спрыгнула с крышки гробницы. Нырнув в лазейку для арбитров, она подбежала к Жикину. Тот успел уже поссориться с солнцем и теперь пытался боднуть его лбом. До солнца он не достал, зато со скамейки навернулся.
– Забавный парень. Но вообще-то раньше он таким не был, – сказал Ягун оправдывающимся голосом.
– Три дня, – сказала Нефертити хладнокровно.
– Что три дня?
– Жить ему осталось три дня, если не будет нового вливания. Странно, что твоя бабушка ничего не предпринимает.
– Бабуся и не видела его… А что такое? Почему три дня? – встревожился Ягун.
«« ||
»» [173 из
307]