Дмитрий Емец - Таня Гроттер и болтливый сфинкс
Таня пообещала. Она была рада, что Ягун перестал дуться.
– Да, кстати, мой тебе совет! Если будет возможность, заскочи к Валялкину! Я тут вздремнул после обеда полчасика и вдруг ни с того ни с сего его увидел. А я же все-таки телепат. Я пытался связаться с ним потом, но все как обычно. Некая зомбированная хмыриха пояснила, что «абонент выключен или находится вне действия магии»! – неожиданно нахмурившись, сказал внук Ягге.
– А каким ты его видел? Что он делал? Разговаривал с тобой? – жадно спросила Таня.
– Не особо. Ему было не до разговоров. Мне снилось, он увязает не то в болоте, не то в песке, а кто-то – кого я не вижу – хохочет и тянет его снизу. Но самое интересное, что Ванька не жаловался. Лицо у него во сне было такое, знаешь, упрямое.
– Его всегда от упрямства зашкаливало! – сказала Таня.
Ягуну казалось иначе.
– Не от упрямства. Он видит свой путь и идет по нему. Тебе бы гораздо меньше нравилось, если бы он был дворняжкой, бегущей за всяким прохожим, который не поленится цокнуть языком. Кстати, лови начало сна!
Ягун зажмурился, и Таня увидела Ваньку. Да, это точно был он. Угловатый, в свитере ручной вязки. Болтавшиеся длинные руки образовали с плечом острый угол. Густые волосы торчали как попало, будто Ванька приютил в них на ночь стайку взбалмошных воробьев. Память дохнула на Таню бесконечно родным и надежным.
– Ну а дальше, где его затягивало, у меня все смазалось. Не получится передать, – сказал Ягун.
– Где он? Как его найти! – нетерпеливо спросила Таня.
«« ||
»» [141 из
266]