Д.Емец - Таня Гроттер и исчезающий этаж
На другое утро о «подвиге» Тани знала вся школа. Оба отделения — «белое» и «темное» — шепотом передавали друг другу новости и показывали, как летел по воздуху Поклеп.
— Теперь этого и за сто лет никто не забудет! Это же надо: так отфутболить самого Поклепа! — восторгался Баб-Ягун. — А я, представляете, смотрю в окно, а там вдруг что-то темное вжик — и в стекло! Ну, думаю, из катапульты, что ли, выстрелили?
— Что же вы хотите, это же сама Гроттер! Она ведь и с Чумой-дель-Торт справилась! И титанов она выпустила! — завистливо вздыхала Дуся Пупсикова.
«Гроттер! Гроттер! Таня Гроттер!» — слышалось отовсюду.
Даже старшеклассники, обычно презиравшие мелюзгу, смотрели на Таню с обожанием. Гуню Гломова, вздумавшего было обозвать Таню «тупой сироткой», потом полтора часа снимали со шпиля Большой Башни, на котором Гломов висел, зацепившись штанами. Ванька Валялкин утверждал, что тут не обошлось без сложного заклинания левитации, которое проходят обычно не раньше четвертого класса.
Одна Таня не слишком радовалась. Она отлично знала, что ее еще ждет разбирательство. Так и оказалось. Сразу после третьего урока ее позвали в кабинет к Сарданапалу.
— К лопухоидам тебя отправят! Пакуй вещички! — вполголоса прошипела Гробыня, когда Таня проходила мимо.
— Удачи! — крикнул Ванька. — Мы за тебя заступимся! Держись!
Таня уныло кивнула. Как они, интересно, за нее заступятся, если Сарданапал и Медузия решат выслать ее из Тибидохса?
Когда Таня, понурившись, вошла в кабинет, там все уже были в сборе. Сарданапал сурово сидел за столом и барабанил по нему пальцами. Рядом, скрестив руки на груди, стояла Медузия.
«« ||
»» [114 из
250]