Д.Емец - Таня Гроттер и исчезающий этаж
— На винегретно-вафельную! — предложил первый стол.
— Нет, картофельная на обед была! Вафельная, ну ее... Она вечно в винегрет много лука бухает, а вафли всегда от сгущенки размокают... Небось, магия кривая попалась, — отказался Ванька, отлично изучивший все скатерти. — Лучше дайте нам пончиковую или шоколадную!
Обладатели шоколадной скатерти издевательски захохотали. Не такие уж они были дураки, чтобы меняться. Тем более что, кроме шоколада, скатерть еще могла предложить семь видов мороженого.
— А с тертой редькой слабо? — безнадежно подали голос с седьмого стола.
На тертую редьку никто никогда не менялся.
Даже «маннокашники» и те не спешили. Тем более что редька всегда почему-то оказывалась горькой. То ли когда-то скатерть сглазили, то ли все дело было в неудачной заплатке, из-за которой разладилась вся тонкая магия.
В конце концов блинную скатерть удалось променять на скатерть, которая готовила отличную окрошку с квасом. Пятый стол махнул скатерть с картофелем фри на котлетную, а разочарованный Гуня Гломов запустил миску с тертой редькой в Жору Жикина. Жикин пригнулся, и тертая редька, пролетев мимо цели, попала Сарданапалу в новую мантию. Рассерженный академик вызвал циклопа, и тот за ухо вытащил Гломова из Зала Двух Стихий.
Тем временем Баб-Ягун быстро покончил со своей окрошкой и стал оживленно вертеть головой, явно что-то высматривая.
Не успела Таня спросить, чего он вертится, как Ягун больно толкнул ее под столом ногой.
— Чего пинаешься? — рассердилась она.
«« ||
»» [131 из
250]