Д.Емец - Таня Гроттер и трон древнира
Ночью, сбежав от магнитезеров, на Жилой этаж пробрался Пуппер, чтобы еще раз попытаться уговорить ее полететь с ними. Гурий считал, что ему удалось улизнуть незаметно, но не тут-то было. За ним в плащах-невидимках крались верные Прун и Гореанна, которые и ворвались вслед за Пуппером в Танину комнату.
Гореанна еще с порога принялась строчить из сглаздамата, но, на свою беду, первой же очередью попала в Черные Шторы. Взбесившиеся Шторы сорвались с карниза и набросились на Гореанну. Бедный Прун попал под горячую руку Гробыне, которая все еще была вне себя после неудачи с Пуппером. Описывать дальнейшее я не берусь, скажу только, что противомагический щит не оказал Пруну никакой существенной помощи.
Поднялся ужасный шум. Откуда-то примчались магнитезеры вломился, размахивая кулаками, разбуженный Гуня Гломов. Прибежал даже Шурасик, спешно просматривающий на бегу самоучитель магической обороны.
Драка получилась похлеще той, что бывает на стадионах после футбольных матчей. С той только разницей, что циклопы ни во что не вмешивались и никого не растаскивали. Они сидели в караулке и делили с Усыней, Горыней и Дубыней вчерашние «дары» от безбилетников. Любопытному оператору Грызианы Припятской, который вздумал было сделать редкий кадр, разбили его «Вещий Глаз». И невещий, собственный, глаз тоже походя украсили фиолетовыми очками.
Драка прекратилась только с появлением Сарданапала и Поклеп Поклепыча. Последний сгоряча наказывал правых и виноватых.
А наутро невидимки улетели в Англию, увозя с собой кубок. Пуппер, так и не переговоривший с Таней, угрюмо сидел на метле и все время оглядывался, точно выискивал кого-то. Возможно, он надеялся увидеть на стене Таню, но ее там не было. Она, запершись, сидела у себя в комнате. Гробыня же, раз десять ухитрившаяся попасться Гурию на глаза, ничего этим не добилась. Недавнее потрясение и поступок Тани полностью излечили англичанина от стрел магфиозного купидона...
Началась прежняя жизнь школы Тибидохс, Занятия, обеды в Зале Двух Стихий, магические книги в читалке и куча заданий, от которых к вечеру голова распухала и становилась тяжелой как котел. Все было как прежде, с одним только исключением.
Таня не ходила уже на драконбольные тренировки и вообще избегала встреч с Соловьем О.Разбойником. Она ощущала себя втройне виноватой. Они имели все шансы победить и не победили лишь из-за ее глупого поступка. Это было ясно всем и ей самой в первую очередь. Раз за разом она проигрывала в памяти ту ситуацию и всякий раз ей становилось стыдно и противно.
— Ладно, все понятно; ты у нас такая добренькая и чистенькая! Тили-тили-трали-вали! — говорила Гробыня. — Но скажи, зачем ты отбросила мяч в сторону Гоярына? Других сторон, что ли, не было? Ну вниз бы кинула или пас Ягуну дала! Могла бы, наконец, к предплечью прикрепить — была же у тебя липучка... Но нет, ты кинула его именно в пасть Гоярыну! Выслужиться хотелось, да?
Таня отмалчивалась. Она слышала эти укоры не только от Гробыни. Почти каждый уже спросил ее, почему она не прикрепила мяч к липучке или не отдала его кому-нибудь из своих. И что она могла ответить, когда сама не знала, что с ней такое было. К тому же в магическом мире (да и в лопухоидном тоже!) ничто не происходит случайно. Это известно даже ученикам первого класса, едва освоившим простенькие заклинания, вроде Дрыгуса-брыгуса.
«« ||
»» [253 из
283]