Д.Емец - Таня Гроттер и посох волхов
Это был уже явный перебор. Но Гробыня любила позволять себе явные переборы. В другой момент Таня, возможно бы, стерпела, но не теперь.
— Искрис фронтис — крикнула она и, не помня себя, вскинула перстень.
В глазах у Склеповой мелькнул ужас.
В последний миг Таня спохватилась, что делает что-то не то. Но перстень прадедушки Феофила уже раскалялся. Поняв, что отменить искру уже не удастся, Таня поспешно перевела кольцо на тяжелый дубовый стол, который темные использовали для спиритических сеансов.
Вспышка... Одна... еще о еще... Обломки расколотого стола, объятые пламенем, разлетелись по залу. Темные маги бросились прятаться по углам, спасаясь от пылающих головней.
Таня уставилась на свой перстень. Она и сама была на пугана не меньше других. Разумеется, она знала, что боевая искра — это не игрушка, но так сильно она никогда прежде не срабатывала. Не отведи она перстень от Гробыни, Склепову пришлось бы сметать с пола веником.
Темные понемногу выползали из своих укрытий. У Шурасика дымились волосы. У Жоры Жикина прожгло брюки, которые он телепортировал с показа мод в Париже, оставив бедного манекенщика-лопухоида без штанов прямо во время показа. Правда, говорят, это помогло тому обратить на себя внимание и сделать головокружительную карьеру.
Один только Семь успевший сплести себе амулет везения, избежал неприятных последствий.
— Ну Гроттерша! Первый раз вижу, боевую искру белых магов выбрасывали... тройной красной вспышкой Это ну прям ваще. Конечная станция — сдавленно произнесла Рита Шито-Крыто, подрумянившаяся, точно курица-гриль.
Таня недоверчиво слушала ее, запоздало припоминая, что искры, которые она только что выбрасывала, действительно были красными. Даже алыми, точно ее перстень выстреливал пылающими углями. Боевая искра белых магов тройной красной вспышкой? Это противоречило всякой логике. Это, наконец, было просто невозможно!
«« ||
»» [135 из
267]