Д.Емец - Таня Гроттер и молот Перуна
Таня узнала Поклепа. Его слова заглушил русалочий хохот.
— Клепа, не грузи! Клепа, мне холодно! Я хочу бусы!.. А твою Елену Медузия знала лично. Она говорит, у нее был слишком длинный нос.
— Не перебивай! При чем тут нос? Я тебя спрашиваю, при чем тут нос? — продолжал Поклеп. — Первая женщина лишила человека бессмертия! О, ваши хитрые речи и искусство лгать... Как ты вчера смотрела на водяного, на это ничтожество, на этот бурдюк с тиной!.. О вероломная! Я сглажу его, потом тебя, потом себя! Гыгли-мыгли-кара-дыгли!
Милюля сложила губки бантиком.
— Кле-епа, ты у меня такой умный папашка! Такой солидный! Бу-у-усы хочу! — капризно сказала она.
— Да куплю я тебе бусы, только не перебивай! Ты меня не слушаешь! — взвизгнул Поклеп.
Русалка снова захохотала своим неповторимым грудным смехом. Она уже выклянчила то, что хотела. Поклеп еще некоторое время скрипел, проклиная водяного, а затем внезапно прервался на середине длинного проклятия, и Таня услышала звук поцелуя.
«А вот и примирение! Я бы у этих купидончиков луки поотбирала, кисти в руки и заборы красить, чтоб за ум взялись! И Цирцейку туда же!» — с раздражением подумала Таня.
Она уже поднялась на добрый десяток ступеней, когда вновь услышала голос Поклепа, донесшийся из верхней отдушины «комнаты ссор».
— Умоляю, будь осторожна вечерами! Закрывайся на все заклинания, хотя, боюсь, это не поможет.
«« ||
»» [150 из
203]