Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
Дядя Герман покачал головой.
— Нет, об этом не было ни слова. Я же говорю, летучая мышь была мертва. Я не сумел послать Малюте ответ.
— А если отправить купидона? — предложила Дурнева.
Халявий расхохотался так, что едва не превратился в волка.
— Купидона? По-твоему, мамуля, купидоны такие дураки, чтобы летать в Трансильванию? Да им там, через десять минут перекусят сонную артерию. Не спасут ни стрелы, ни подтяжки, ни крылышки, ха-ха! Понял, братик?
Дядя Герман вдруг стал прислушиваться и озабоченно оглянулся. Полтора Километра, первая что-то заподозрившая, вскочила и жутко завыла на окно.
В комнату вкатилась вначале голова Безглазого Ужаса, затем, как еж утыканный ножами, поручик Ржевский, затем звенящее кандалами туловище и, под конец, брызнув стеклами, ворвался Бульонов на теннисной ракетке. Он просто-напросто не успел затормозить, так как никто из призраков не удосужился научить его Чебурыхнусу парашютису.
— Всем дрожать! Руки вверх, ноги вширь! — забывая открыть рот, громко завопил Ржевский.
Халявий заголосил дурным голосом. Уставившись на призраков, он наступил воющей таксе на хвост и тотчас поплатился за это. Прошло немало времени, прежде чем ему удалось стряхнуть со своей пятки разбушевавшуюся желтозубую моську.
Дядя Герман рванул к шкафу за шпагой, но остановился на полпути, сообразив, что призраков атаковать бесполезно, а с мальчишки довольно будет и подзатыльника. Бульонов встал, озабоченно разглядывая себя. Приземление (или, точнее, «пристекление») сошло вполне благополучно, если не считать пары мелких порезов. Окажись поблизости его мамочка, дело не обошлось бы без десятка реанимационных машин и спасательного вертолета. Сейчас же Генка просто зализал ранку на руке, и этим все ограничилось.
«« ||
»» [108 из
243]