Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
— Хю-хю! — кисло сказал Жикин и отвернулся. Он ревновал к Гломову.
***
Подчиняйся, и все будет хорошо! Подчиняйся, малыш, или тебе будет больно. Так больно, что ты позабудешь все, кроме боли. Ты будешь кусать землю и грызть камни, но и от этого тебе не станет легче.
— Нет! Нет!
— Да, мой мальчик. Каждый день я буду захватывать власть над твоим телом. Вначале на несколько минут, на больший срок не получится, а постепенно, возможно, и на несколько часов. Мне смей говорить «нет», или я уничтожу тебя... Что твое тело? Жалкий мешок, но мне нужны твои руки, твои ноги, чтобы сделать то, что я задумала...
Нет! Он не хочет, чтобы это повторилось! Не хочет, чтобы снова стало больно. Он сделает все... Он ненавидит себя, ненавидит свои проклятые комплексы, которые мешают ему внутренне разжаться и жить нормально, как все люди... Он... Сознание возвращалось толчками, вспышками света, отдельными образами...
Генка Бульонов с омерзением разглядывал СБОИ руки. Они выглядели так, будто совсем недавно он разрывал землю и отваливал покрытые мхом камни. Ладони были все в земле и еще в чем-то зеленом. Мох? Под ногтями грязь, а ноготь на среднем пальце сломан.
Да, он что-то рыл, сомнений нет. Но где это было, |когда? Генка никак не мог сосредоточиться и вспомнить. Виски ныли. Лицо заливал пот. Когда это нахлынуло на него, он, кажется, был в комнате и учил заклинания. Или только собирался открыть книгу? Теперь уже все расплывалось, прыгало, путалось. Он что-то искал там... Там, где он был... Долго искал... Но что? И, главное, нашел ли? Лучше всего не думать. Не думать, не думать, не думать!
Наконец Генка совсем пришел в себя. Где он? По влажному камню бежала вода, впитываясь в белые трещины известняка. Длинный коридор, множество ответвлений... Проклятые тибидохские лабиринты! Хоть бы призрак, что ли, какой-нибудь попался. Он был бы рад даже Безглазому Ужасу или этой, как ее, Инвалидной Коляске, что так ужасно скрипит и звякает мятыми ободами...
Генка побежал, стараясь держаться центрального коридора. Стало суше. Вода уже не хлюпала под ногами. Ага, значит, он на верном пути... За его спиной что-то зашуршало, зачавкало. Множество темных глаз и жирных мохнатых тел. Голые хвосты, как у крыс, рожки, Вонь... Хмыри, нечистики? Откуда их столько? Стоят и смотрят — только гноящиеся ненасытные глаза горят.
«« ||
»» [126 из
243]