Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
— Это Пуппера? — недоверчиво спросила Гробыня.
— Пуппера.
— А он разве тебе дарил? — усомнилась Склепова.
— Нет, он дарил Таньке, но я взяла один цветок... У нее и так была целая куча! Я представляла, что... Отстаньте от меня! Не ваше дело!
— Уже отстали! — радостно сказала Гробыня. — Тру-ля-ля! Да здравствует настоящая любовь, которая сберегает не только свои розы, но и чужие. Но учти, цветочек нам придется измельчить... Теперь волосы... Ну-с, юные дамы, кто будет жертвовать? По-моему, Гурий любил нас всех троих. Каждую по-своему, разумеется, но все же...
Возмущенная Пипа начала было утверждать, что Гурий любил ее больше остальных, хотя и неосознанно, и отвяла лишь тогда, когда Гробыня уточнила, что волосы надо выдирать с корнем. Иначе не подействует. А так как у нее, Гробыни, волосы крашеные и вообще сегодня она не в настроении, то...
— Ну-ка, Гроттерша, повернись ко мне лысинкой! — хищно закончила она.
— Уйди, Склеп! Я тебя знаю, ты мне скальп снимешь. Я сама! — отказалась Таня.
Она обмотала вокруг пальца несколько волос и, закусив губу, сильно дернула. На глазах выступили слезы. Волосы были вырваны с корнем.
— Пять... ого, еще четыре! Девять волос! Гроттерша, ты перевыполнила план! Лишние можешь сдать на парики или набить ими подушку! Так... Готово! — сказала Склепова, бережно закручивая волосы вокруг пояса фигурки.
«« ||
»» [135 из
243]