Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
Зализина поспешно удалилась. Она еще по драконболу усвоила, что у Гроттер слова не расходятся с делом, Примерно в середине ужина Графин Калиостров, все еще не покинувший Тибидохс, сунулся было в Зал Двух Стихий, чтобы немного поиграть на нервах Сарданапала.
— Подумать только: один из учеников школы докатился до Дубодама! Какой позор! Академик, позвольте выразить вам свое искреннее сочувствие! — сказал он, прижимая руку к груди.
— Валяйте, выражайте! — хмуро проговорил Сарданапал.
Графин ловко извлек из воздуха длинный свиток пергамента.
— От имени Генерального совета Магщества, лично Бессмертника Кощеева и от моего собственного имени позвольте мне зачитать соболезнования...
— От чьего имени? — переспросил вдруг Сарданапал.
— Простите?.. — удивился Калиостров. — Я сказал, от Генерального совета Магщества и моего со...
— Нет, там было еще одно имя. Бессмертник Кощеев, я не ослышался? И этот... этот червь еще осмеливается глумиться! — закипел академик.
— Не говорите ничего лишнего! Умоляю вас! Господин Кощеев крайне жалеет, что ради восстановления справедливости... — залебезил Графин.
Усы академика гневно запрыгали. Щеки его порозовели.
«« ||
»» [159 из
243]