Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
— Да это же дядя Жора! Что ты делал в футляре, дядя Жора? Решил тайком обучиться игре на контрабасе? Швабры с пропеллером уже вышли из моды? — спрашивал Баб-Ягун.
— Не скажу я ничего! Отстаньте от меня! — огрызнулся Жикин и тотчас, тревожно косясь на разгневанную Гроттершу и кулаки Ягуна, выложил все. Он и без вещего стеклышка усек, что дело запахло керосином. Его будут бить, и, возможно, даже по классическому носу...
— Значит, ты считал, что пенсне Ноя в контрабасе старого Фео? Его там нет. Можешь не сомневаться, я бы знала, — сказала Таня, когда он закончил.
— Поправка — не само пенсне, а разгадка! Не думаю, что «Первомагия Ноя» могла солгать. Скорее уж солгал этот типчик! — поправил Ягун.
— Клянусь седьмой женой моего папы, я сказал правду! Мне можно идти? У меня свидание с Пупсиковой! Э-э... сугубо деловое! — заявил Жикин, с тревогой глядя на Пипу.
— Ишь ты какой! Прям изменщик коварный! Топай, топай давай! — возмутилась Дурнева-младшая.
Жикин неопределенно передернул плечиками, показывая, что да, он такой, какой есть, и едва ли будет другим.
— Ладно, брысь отсюда! — разрешил Баб-Ягун. Жикин торопливо побежал, высоко вскидывая худые коленки.
— Стой! — крикнула ему вслед Таня. — Ты кое-что забыл! Отдай стеклышко!
Жора остановился.
«« ||
»» [164 из
243]