Д.Емец - Таня Гроттер и пенсне Ноя
Таня торопливо поползла к двери, понимая, что не успевает. Когда Бульонов настиг ее, она сделала единственное, что могла: заслонилась футляром с контрабасом. Жезл с силой ударил по футляру, заставив струны спрятанного внутри контрабаса загудеть низко и возмущенно.
Бульонов уже заносил руку для нового удара, но тут ослепляющий зеленоватый свет залил комнату. Генка закричал и поднес руку к глазам.
Когда Таня снова обрела способность видеть, она поняла, что сидит на полу, продолжая все так же сжимать футляр. Бульонов пытался подползти к ней на животе, но не мог. Его пальцы лишь царапали линолеум. Он даже не мог поднять руку с зажатым в ней жезлом.
— Проклятье! Какое неуклюжее тело! Ненавистный контрабас! Когда же наконец Гроттеры перестанут мне мешать? — прохрипел Бульонов.
— Чума-дель-Торт! — крикнула Таня. Хотя голос и был другим, изменился тембр, окраска — его невозможно было не узнать.
— Ты угадала! Я давно добралась было тебя, но мальчишка сопротивлялся. Я теряла власть над ним прежде, чем мне удавалось добраться до жезла. Он был здесь в тайнике под школой, но нужно было рыть руками землю, откидывать камни. Ненавижу эти трусливые тела, которые боятся боли! 7ела, у которых инстинкт самосохранения сильнее разума! Стоило мальчишке сломать хотя бы жалкий ноготь — он приходил в себя! Сколько раз мне хотелось доверить все хмырям, но невозможно — первый раз жезл могла взять в руки лишь я... Защитная магия — я сама когда-то наложила ее.
Захваченное тело с усилием приподнялось на локтях. Оно едва могло смотреть на льющийся от контрабаса зеленоватый свет. Глаза у него слезились.
— Хочешь сделку?
— Я не вступаю в сделки с тобой!
Лицо Бульонова перекосилось, точно в минуту агонии. Из уголка рта потекла слюна. Вероятно, Чума-дель-Торт собиралась поморщиться, но слегка не рассчитала с лицевыми мышцами.
«« ||
»» [171 из
243]