Д.Емец - Таня Гроттер и ботинки кентавра
Комнаты во дворце располагались анфиладой — все они были проходные. Коридор отсутствовал. Но все же Склеппи повезло чуть больше, чем остальным фрейлинам, — ее комната была крайней в ряду, а лестница за ней не использовалась, так как дворец Бэра III постоянно перестраивался.
Происходило это не столько из-за любви Его Величества к усовершенствованиям — говоря по правде, он их тихо ненавидел, — сколько по государственной необходимости. Царской магведке точно было известно, что в Арапсе большая группа боевых магов уже восьмой год подряд пытается выткать волшебный гобелен с подробным изображением дворца Бэра. Имея такой гобелен — досконально, до мельчайшего узора в самой маленькой комнате изображавший дворец снаружи и внутри, — маги Арапса могли в любую минуту поступить с дворцом Бэра и всеми его обитателями, как им заблагорассудится, воздействуя на его гобеленовый образ. К примеру, заслать дюжину давно не кормленных вурдалаков через гобелен прямо в царскую опочивальню.
Именно поэтому артели каменщиков Пламмельбурга работали день и ночь напролет, назло шпионам безо всякого предварительного плана и, чертежей перестраивая галереи, закладывая кирпичом парадные лестницы и надстраивая дополнительные башни. Иногда по особому вдохновению или по приказу из тайной канцелярии они колотили витражные стекла и вставляли на их место обычные. Порой забивали окна листами фанеры, чтобы окончательно ввести врага в заблуждение. В результате происки гобеленовых магов всякий раз заходили в тупик. Пока запыхавшийся от ответственности дворцовый шпион загонял дракона, чтобы сообщить, что по фасаду добавили одну колонну, хитрый Бэр уже сносил две соседние, а заодно приказывал переложить крышу. В результате гобелен всегда чем-нибудь да отличался от реального дворца.
Пользуясь невидимым плащом, Склеппи благополучно проскользнула несколько комнат. Знакомые магцари либо действительно не замечали ее, либо по негласной договоренности между придворными и охраной закрывали глаза на маленькие девичьи шалости. Сложности начались позднее, когда по винтовой лестнице и дальше по галерее, где даже теперь в ночной час трудились каменщики, Склеппи приблизилась к той части дворца, где были царские комнаты и покои принца Форна.
Шутки кончились. Здесь играли по другим правилам. Склеппи сосредоточилась. Ей было известно, что в царских покоях дежурят опытные боевые маги, способные узреть даже то, что сокрыто от обычного глаза. Но и на этот случай у нее были кое-какие заготовки. Не так давно она выпросила у принцессы Августы перстень ее мамочки, обладающий магией сохранения личины. Вместе с плащом невидимости перстень составлял прекрасное сочетание. Любой боевой маг, способный видеть сквозь невидимый плащ, считал бы, что перед ним царица Нуи, спешащая по каким-то секретным делам. А задерживать царицу Нуи или просто задавать ей вопросы стал бы только маг, страдающий белой горячкой да еще склонный к суициду.
Прокрутив на пальце перстень личины, Гробулия решительно миновала две пары дверей. Охранявшие их боевые маги при ее приближении изо всех сил сделали вид, что ничего не заметили. Один, молоденький, так перестарался, что едва не задохнулся от приступа воображаемого кашля, перешедшего в настоящий. Гробулия, не удержавшись, похлопала его по спине. Бедняга, на долю которого выпало столько царского внимания, едва не умер от ужаса. Возле покоев принца стража почему-то отсутствовала. Стояла только забытая кем-то секира. Гробулию это насторожило, но она решила, что Форн ожидал ее прихода и отыскал какой-то предлог, чтобы избавиться от боевых магов. Гробулия негромко постучала — два раза, а потом через небольшую паузу — три. Почти сразу дверь отворилась, и выглянула длинноносая физиономия принца Форна. Вблизи он был еще страшнее. Эстетическое чувство в Склеппи обливалось кровью. Форн скользнул взглядом по пустому пространству перед ним и церемонно поклонился.
— Ваше Величество? — неуверенно окликнул он.
Гробулия сообразила, что Форн тоже наделен способностью видеть сквозь невидимый плащ, но и его магия не так сильна, чтобы одолеть уникальный перстень личины.
— Не ерунди! Я не царица! — сказала Склеппи.
— Разумеется, Ваше Величество! Как вам будет угодно, Ваше Величество! — поспешно закивал Форн.
«« ||
»» [119 из
311]