Д.Емец - Таня Гроттер и ботинки кентавра
Недоверчиво покосившись на Лажа, Ягуни шагнул к дверям. Сделав дюжину шагов — хотя дверь была самое большее в двух-трех, — он остановился.
— Это свинство! — сказал Ягуни и внезапно, без предупреждения, попытался выпрыгнуть в окно. Торговец с сочувствием наблюдал, как фокусник и телепат, изрядно сконфуженный, встает с пола.
— Надо было спросить... Я бы сказал. Окна у меня из гранитного стекла. Двойная обработка каменной водой и закалка горячим льдом. Охранная магия для торговых учреждений и все такое... Вообразите, мне самому приходится у себя что-нибудь покупать, чтобы выйти отсюда. Ха-ха! Ну что, продолжим смотреть товар? — сочувственно сказал Большой Лаж.
Ург и Ягуни понуро потащились за ним. Таня быстро соображала. Лавка была полна подозрительных, темных товаров, имевших свою историю. Наверняка эти вещи, промышлявшие убийством магов и овладевавшие их сущностью, нуждались в людях куда больше, чем люди в них. А значит, Большой Лаж ухитрялся получать двойную прибыль: с покупателей и с вещей, которые просто обязаны были отблагодарить его за новую добычу. Если так, то вырваться из лавки будет совсем непросто. «Но почему он вынужден говорить правду? И все эти оговорки: чистая правда, вся правда? Есть какой-то случай, когда она нужна! — лихорадочно соображала она. — Ага, я поняла! Здесь проводятся сделки с душами! А сделки с душами требуют от продавца честности или хотя бы получестности, иначе они не смогут вступить в силу...» Это слово «в силу» мгновенно зацепило в ее памяти такое же слово, которое она недавно видела или слышала где-то. Где же, когда? Ага, вот! «Все устные договоренности вступают в силу немедленно!» — предупреждала табличка на ограде поселка.
* * *
Бродя без особой цели по лавке и вертя в руках разные предметы, Таня случайно оказалась у зеркала в деревянной раме, завешанного пыльным брезентом. Следуя тому необъяснимому порыву, который заставляет всякую девушку осознанно и неосознанно заглядывать в зеркало, даже когда она просто проходит мимо, она отвернула брезент и посмотрела в стекло. Да, выглядит она не блестяще. С другой стороны, могло быть и хуже. Волосы, например, смотрятся неплохо, хотя причесаться бы не помешало...
Таня хотела опустить брезент, но перед этим еще раз случайно взглянула в зеркало. Она сама толком не поняла, что привлекло ее внимание. Скорее, интуитивно ощутила, что что-то не так. Зеркало, как и следует зеркалу, послушно отражало, но совсем не то, что должно было быть. Нет, ее лицо — это ее лицо, сомнений нет, но что за фон? Где сундуки, шкафы, пестрые гобелены? Где, наконец, Большой Лаж? Почему зеркало утверждает, что Ягуни с Ургом одни стоят посреди пустого пространства и почему упорно игнорируют хозяина лавки, который оживленно вертится между ними с толстой книгой?
Несколько секунд Таня колебалась, не зная, доверять ли зеркалу. Решив проверить свое зрение, она ощупала с закрытыми глазами пол, на котором глаза ясно видели ворсистые ковер, однако ощутила лишь влажные половицы. Гниль, склизкая гниль!
Нет, зеркало не лгало. Оно действительно находилось в пустом, давно заброшенном доме. Тане захотелось завопить и немедленно броситься бежать, и лишь огромным усилием воли она сдержалась. Ягуни не сумел вырваться, значит, и она не сможет. Все входы и выходы действительно охраняются древним заклятьем, и здесь в самом деле продают черномагические предметы... Да и Большой Лаж вполне реален, хотя и не дружит с зеркалами. Не, днем он не нападет, а вот после заката, когда в провалы крыши заглянет желтый глаз луны... Теперь понятно, кому достается кровь узников после того, как черные вещи выпивают их душу.
Таня поспешно опустила брезент и, приблизившись к Ягуну, незаметно толкнула его локтем.
«« ||
»» [175 из
311]