Д.Емец - Таня Гроттер и ботинки кентавра
Хрустальный шар полыхнул длинной молнией. Молния ударила в тучу, пронизала ее, наполняясь энергией. Небо потемнело. Бесконечно длинная молния зигзагом ударила в вершину скалы и походя, как спичку, сожгла катапульту. Послышался страшный грохот и треск. Вершина скалы, срезанная наискось точно ножом, начала неторопливо съезжать в океан. Магфицер успел описать жезлом круг и телепортировал вместе с солдатами. Шурасино, которому не нужно было уже цепляться за дракона, принял более-менее вертикальное положение.
— Ты видел, что я могу, если работаю в полную силу?
— Теперь ты понимаешь, что я тебя жалел? — самодовольно обратился он к И-Вану.
— А кто этот профессор Шмокодявкинс? — поинтересовался И-Ван.
— Мой злейший критик! Ему не нравится все, что я делаю. Стоит мне опубликовать новое заклинание или написать работу — профессор Шмокодявкинс жадно прочитывает все в первый же день и мгновенно обрушивается на меня с критическими замечаниями. Получается, что и я ничтожество, и заклинания мои дрянь и все на свете ничего не значащая дребедень. На фоне же всей этой бессмыслицы, ханжества и темноты рельефно просматривается лишь светлый лик профессора Шмокодявкинса.
— А что, он известный маг? — спросил И-Ван.
Шурасино сладко заулыбался, очень довольный вопросом.
— Когда-то в молодости он изобрел заклинание от мозолей и подагры. Прекрасное заклинание! Мозоли и подагра исчезали начисто. Многие тогда им воспользовались. Это был настоящий прорыв в магии... Но через два года обнаружилось, что заклинание имело побочный эффект. Ступня необратимо превращалась в копыто. После такой грандиозной неудачи профессор Шмокодявкинс поспешно свернул свою лавочку и занялся исключительно критикой.
— Может, тебе стоит обращать на Шмокодявкинса по меньше внимания? Хотя бы не читать всю эту его критику? — посоветовал И-Ван.
— Ну уж нет! Должна же у него быть какая-то цель в жизни, или он просто зачахнет. Так и быть — наполню его жизнь смыслом и красками! — возмутился Шурасино.
«« ||
»» [204 из
311]