Д.Емец - Таня Гроттер и колодец Посейдона
— Ты поняла, Нинель, в какую дыру заманила Пипочку эта идиотка Гроттерша? Мало того, что в Тибидохсе учат непонятно чему, оттуда исчезли все преподаватели, и нет никакой связи… Как он сказал? Колодец Посейдона… м-м-м… Посейдон… знакомое погоняло. Где же я его раньше слышал?
— Герман, расслабься! Посейдон — бог морей и океанов. Ты еще не забыл, как вызываются купидоны? — деловито спросила тетя Нинель.
— А что их вызывать? Только свистни. Они вечно поблизости вертятся, попрошайки, — хмыкнул Дурнев.
Он не ошибся. Вскоре на кухонном столе уже сидел толстый купидон и болтал ногами.
— Эй, малый! В Тибидохс отнесешь письмецо? — озабоченно спросила тетя Нинель.
Купидон замотал головой и выразил на лице уместный ужас — типичный бомбила, уверяющий, что ни за что не потащится ночью в такую даль. Более того, купидон явно был в курсе, что с Грааль Гардарикой недавно что-то произошло, потому что, попискивая, одним пальцем прочертил в воздухе вертикальную линию, другим же пальцем постучал по этой линии, точно изображая муху, бьющуюся в стекло.
У тети Нинель был только один аргумент. Она решительно подошла к кухонному шкафчику и дернула на себя дверцу.
— Все бери! Но никаких конфет с ромом! Я хочу, чтоб ты долетел!
Купидончик запищал и оскорбленно выпятил грудь, всем своим видом показывая, что долетит в любом состоянии. Тетя Нинель поспешно соображала, что именно написать и передать Пипе. Вскоре все было готово. Купидон вытер с губ шоколад, стряхнул с пухлых младенческих ляжек крошки печенья, залихватски поправил громоздкую не по размеру почтальонскую сумку, раздувшуюся от передач, и эффектно, солдатиком шагнул в распахнутое настежь окно.
Такса Полтора Километра соболезнующе завыла. Однако дядя Герман не стал даже подходить к окну и смотреть на газон. Он давно усвоил, что купидоны никогда не разбиваются. Даже в вертикальном полете они ухитряются всадить роковую стрелу в трепещущее сердце лопухоида.
«« ||
»» [157 из
273]