Д.Емец - Таня Гроттер и колодец Посейдона
Таня присела на корточки и уткнулась головой в пространство между ноздрями Гоярына. Лбом она ощущала прохладу его кожи. Дыхание Гоярына касалось ее волос. В горле чуть першило от сильного запаха серы.
— Сегодня ночью я буду спать. Долго спать! А завтра утром мы с тобой полетим. Ты же полетишь со мной, Гоярын? — спросила она.
— Танька, ты с ума сошла! Трое суток в полете! Это чудовищно сложно! Да ты через сутки упадешь в океан! У тебя не хватит сил! Я лечу с тобой! — решительно заявил Ягун.
— На пылесосе? А как ты будешь заправляться? Сомневаюсь, что в воздухе тебя будут ждать пакеты с русалочьей чешуей или барабашки, вытрясающие перхоть из русых кудрей. Я лечу одна.
— А если мы будем чередоваться? Двенадцать часов ты — двенадцать я. Тогда с заправкой проблем не будет, — предложил Ягун.
— Сомневаюсь, что Гоярын будет летать вокруг острова. Так тоска не излечивается. Забивать же стрелку невесть где над океаном — не выход. Да и тебя, Ягун, Гоярын не будет слушать, как меня. Если он захочет броситься в океан, ты его не остановишь. Если у кого-то есть лишний амулет удачи, можете мне его одолжить, — сказала Таня и быстро, опасаясь, что Ванька начнет ее отговаривать, вышла из ангара.
Ванька смотрел на ее удаляющуюся спину, которая четко обозначилась в полосе света, пробившейся из приоткрытой створки ангара.
***
Тучи, тучи… Сизые, с фиолетовым подпалом, пахнущие сырым железнодорожным бельем. Таня придает с огромной высоты, падает давно, но ее падение не ускоряется, и лишь облака дряблой ватой встречают ее лицо. Смычок в руке превращается в змею. Таня кричит и внезапно понимает, что это не змея, а всего лишь липкая лента от мух.
Последняя туча, через которую она проносится, лопается. Ветер разносит ее, закругляя края. Одновременно падение замедляется, и Таня видит внизу океан.
«« ||
»» [170 из
273]