Энн Райс - Интервью с вампиром
Она растерянно застыла на месте: испуганное до смерти создание, окруженное черными безжалостными фигурами; они смеялись глухим, Пустым металлическим смехом. Сантьяго схватился за щеку: мои зубы оставили там кровоточащую рваную рану. В бешенстве я наносил ему один удар за другим, немели распухшие пальцы. Чьи то руки схватили меня сзади. Я яростно стряхнул их и услышал за спиной звон разбитого зеркала, но кто то уже крепко вцепился мне в плечо.
Я дрался отчаянно, силы не покидали меня, но их было больше и они победили, окружили меня со всех сторон, силой вывели из номера, протащили по коридору и швырнули на ступеньки лестницы, я скатился вниз, свободный на короткий миг, чтобы снова попасть в цепкие руки. Я видел лицо Селесты совсем близко от себя, жалея, что не могу вцепиться в него зубами. Я истекал кровью, стальной хваткой они сжимали мои запястья, и я не чувствовал рук. Мадлен всхлипывала где то рядом. Нас втащили в карету. Меня били, но я не терял сознание. Я хватался за него, как за соломинку. Я лежал на полу кареты, мокрый от крови, страшные удары сыпались мне на затылок, но я повторял про себя: «Я чувствую, я жив, я в сознании».
Экипаж остановился, нас втащили в Театр вампиров, и я закричал. Я звал Армана.
Меня отпустили только у лестницы, ведущей в подвал. Я шел в кольце темных фигур, злобные толчки в спину заставляли меня двигаться дальше. Я извернулся и вцепился в Селесту, она громко вскрикнула, и кто то сзади ударил меня по голове. Но самый сокрушительный удар ждал меня впереди. Я переступил порог и увидел Лестата. Он гордо и прямо стоял в самом центре зала, серые глаза остро и внимательно следили за нами, рот растянулся в коварной улыбке. Он был одет, как всегда, с безукоризненным вкусом: дорогой черный плащ, ослепительно белая сорочка Но страшные шрамы так и не затянулись и чудовищно исказили его тонкие, красивые черты. Глубокие прямые линии прорезали нежную кожу вокруг губ, у век и на гладком высоком лбу. В глазах его горел молчаливый гнев, рожденный страшной безысходностью. Его взгляд, казалось, говорил: «Видишь, какой я теперь?» «Это он?» — Сантьяго толкнул меня вперед. Лестат резко повернулся к нему, хриплым взволнованным голосом произнес:
«Я говорил тебе, что мне нужна девочка, Клодия! Это сделала она!» — Его голова судорожно дернулась, он схватился за ручку кресла, но тут же выпрямился и посмотрел на меня.
«Лестат. — Я понимал, как мало у меня осталось шансов на спасение. — Ты жив! Ты снова обрел жизнь! Так расскажи же им, как ты обращался с нами…» «Нет. — Он яростно тряхнул головой. — Ты вернешься ко мне, Луи».
На секунду я не поверил собственным ушам. Голос разума подсказал мне: «Говори с ним, постарайся его разубедить», но с моих губ сорвался мрачный смешок:
«Ты сошел с ума!»
«Вернись, и они не тронут тебя. — Его веки дрожали от напряжения, грудь тяжело вздымалась, вытянутая вперед рука бессильно хватала пустоту. — Ты обещал мне, Сантьяго, — сказал Лестат, — что я смогу забрать его с собой в Новый Орлеан. — Он обвел взглядом их всех, сгрудившихся вокруг нас, он задыхался. И вдруг взорвался. — Клодия, где она? Только она виновата, я же объяснил вам!» «Как сказать», — ответил Сантьяго. Он потянулся к Лестату, и тот попятился назад, чтобы не упасть, ухватился за ручку кресла и закрыл глаза, пытаясь вернуть самообладание.
«Он помогал ей». — Сантьяго придвинулся к нему еще ближе. Лестат поднял голову.
«« ||
»» [180 из
207]